Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

Миронов С.М.

Личный блог Сергея Миронова






Дорогие друзья!

В своем блоге я пишу обо всем, что волнует и кажется мне важным как человеку и как политику. За все время существования блога я по-настоящему прикипел к нему и к тому живому общению с вами, которое он дает.

Приглашаю к обсуждению любых интересующих тем и вопросов. Приветствую неравнодушную конструктивную критику, открытый разговор и любые предложения. С особым интересом всегда читаю ваши отклики. Надеюсь, наше общение будет взаимно полезным и интересным.

Сообщения не по теме, личные просьбы и жалобы предлагаю писать в комментариях к этому посту, а в остальных постах давайте высказываться по существу.

Читайте меня и в других социальных сетях:
ВК: https://vk.com/mironov_sergey
Facebook: https://www.facebook.com/sm.mironov
Instagram: https://www.instagram.com/mironov.online/
ОК: https://ok.ru/sergeymironov
Twitter: https://twitter.com/mironov_ru
Мой сайт: http://mironov.ru/

И обязательно подпишитесь на социальные сети Партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ:
ВК: https://vk.com/spravo_ross
Facebook: https://www.facebook.com/spravoross/
ОК: https://www.ok.ru/spravoross
Instagram: https://www.instagram.com/spravoross/

Миронов С.М.

"...сбежала последняя электричка"

К тревожным новостям, на которые был так богат конец прошлого и начало 2015 года, добавились поступающие то из одного, то из другого места сообщения о планах сократить и даже отменить пригородное железнодорожное сообщение. В зоне риска – уже около двадцати регионов. И этот риск имеет прежде всего социальную окраску. Транспортная доступность крупных экономических, административных, культурных, образовательных центров, к которым в основном и привязаны пригородные электрички, – это важнейший фактор социальной стабильности для миллионов людей. Отмена электричек – разрушение их образа жизни, их возможностей работать и зарабатывать, учиться и отдыхать.

Полагаю, что правительство должно незамедлительно заняться разрешением этой проблемы, которая явно вышла на федеральный уровень. Люди не должны стать заложниками трений и разногласий между региональными властями и подразделениями РЖД, занимающимися пригородными перевозками.
Электрички устояли в самые тяжелые времена 90-х. На фоне других сегодняшних трудностей проблема пригородного железнодорожного сообщения не представляется неразрешимой. А сейчас она должна стать просто приоритетной. Не хватало еще усугублять объективные сложности социальными протестами, которые обязательно возникнут, если электрички на самом деле замрут на запасных путях.
Миронов С.М.

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Поездка в Сибирь. часть 6

Благополучно мы доехали до станции Тайшет. Стояли жуткие морозы. Я пулей выскочил из вагона и побежал на вокзал в буфет в надежде, что там хлеб на столе есть, а может быть, еще что-нибудь – чего уж там, буду говорить, как есть – может, что-нибудь в тарелках осталось. Каково же было мое разочарование, когда я увидел, что буфет на ремонте. Зал ожидания был абсолютно пустой.

Стандартные МПСовские сидения стояли по периметру вдоль стен, середина была пустая. Я вышел на перрон. Прямо у входа на вокзал на перроне стояла краснощекая тетка в валенках, повязанная крест-накрест пуховым платком, и время от времени призывно кричала: «Пирожки! Пирожки! Жареные пирожки с мясом!» Кто-то подошел, протянул денежку, тетка открыла нутро своего ящика, оттуда повалил пар, и в нос мне шибануло вкуснейшим, маслянистым запахом жареных пирожков с мясом. Сглотнув слюну, я пошел в туалет пить воду. Последние дни, когда уже стал голодать, все время пил воду, чтобы хоть что-нибудь плескалось в животе.

Делать нечего: на улице холодно, направился я в зал ожидания и пошел вдоль рядов, машинально глядя на пол и заглядывая под скамейки – вдруг рубль найду или еще какую-нибудь монетку. Краем глаза увидел, что та самая семья из поезда (мать с дочкой и сынишкой) сидит в этом же зале. Видимо, тоже до Тайшета ехали с пересадкой и поедут дальше в европейскую часть страны. Делая обход, наконец я заметил, что под одной из скамеек, почти у самой стены, лежит примерно три четверти баранки. Видно, что она лежала здесь давно и пыли на ней достаточно, но это – еда! Сразу полезть под лавку было неудобно, тем более оказалось, что эта несчастная баранка лежит как раз напротив того места, где сидела знакомая мне семья.

Collapse )
Миронов С.М.

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Поездка в Сибирь. Часть 5

Доехал я до Тайшета, там спокойно пересел и примерно часов в восемь вечера я оказался в том самом «Гидростроителе». Мороз стоял градусов под 40, ботиночки-то у меня хоть и назывались зимними, но я не раз вспомнил про те, которые остались в спертом чемодане – да только что же делать? И стал я бегать по поселку (причем именно поселку), приставать к редким одиноким прохожим с вопросом, где тут такая улица – на «М» начинается и на «ская» кончается, причем точно помнил, что это не «Московская». Никто не знал.

Бегал я, наверное, часа два. И, судя по всему, не только замерз, но и простыл. Не найдя эту «М….скую» улицу, проклиная все на свете, я вернулся в здание вокзала. Оно представляло собой павильон, к счастью, отапливаемый печкой, со стандартными деревянными креслами-сидениями (хорошо, что без поручней – на них можно было вытянуться). На одной из скамеек так уже развалился какой-то мужик. Я улегся и провалился в никуда.

Проснулся я от того, что меня тормошили милиционеры. Вдруг почувствовал, что как будто я пьяный – а на самом деле меня бил кашель и, видимо, поднялась очень высокая температура. Все плыло, сам я шатался. Милиционеры сначала меня действительно приняли за пьяного. Я показал им паспорт, они посмотрели на мою ленинградскую прописку. Я им сплел какую-то историю, сейчас уже не помню, какую, они меня и оставили. Так как это была станция конечная, поезд стоял в тупике, и я знал, что где-то в 8 утра пойдет этот поезд-подкидыш до Тайшета.

Collapse )
Миронов С.М.

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Поездка в Сибирь. Часть 4

И вот я вышел с чемоданом, без копейки денег в замечательном городе Чита. На привокзальной площади увидел сопки над городом, на двух или трех из которых стояли локаторы. Стоял очень сильный мороз, а пальтишко у меня было демисезонное, правда, шапка зимняя. Есть уже хотелось сильно, потому что последний раз ел где-то сутки назад. Пошел было в вокзальную столовую (в те времена еще хлеб на столах стоял бесплатно), но хлеба на столах не оказалось. Покрутился – ничего съестного добыть не удалось. Мешал чемодан. Я стал думать, как бы мне его сдать в камеру хранения, но для этого нужны были 15 копеек. Вспомнил про механическую бритву, подаренную батей, достал и стал всем предлагать купить ее за 15 копеек. Желающих не нашлось.

Я понимал, что что-нибудь поесть или найти какие-нибудь монетки я смогу только в городе. Есть хотелось очень, поэтому в одном из залов ожидания, в котором было поменьше народу, я нашел самую дальнюю скамью и задвинул под нее как можно дальше чемодан. Честно говоря, умом я понимал: когда вернусь, очень может быть, что чемодана не будет, поэтому практическая мыслишка подсказывала мне: «Достань-ка новые ботинки, обуй их, возьми свежее белье, сходи, переоденься. Фотографии, может, достань, по карманам рассуй». Но, с другой стороны, это бы означало, что я заранее смирился с тем, что у меня чемодан сопрут.

И вот из-за какого-то дурацкого упрямства я ничего этого не сделал, задвинул чемодан подальше и побежал по городу. Причем помню, у меня была абсолютно наивная мысль пойти не куда-нибудь, а в райком комсомола (у меня даже с собой комсомольский билет был) и сказать ребятам, что так и так, оказался в такой ситуации, дайте денег на хлеб. К ужасу своему я никак не мог найти этот райком комсомола: никто не знал, где он находится. Несколько раз заходил в булочные, другие магазины, толкался около касс, пытаясь найти хоть какую-то монетку на полу – ничего нигде не было.

Collapse )
Миронов С.М.

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Поездка в Сибирь. часть 2.

Уже поздно вечером я был в Москве на Ленинградском вокзале. Быстро сориентировался, что поезда в Сибирь отправляются с Ярославского, Решил взять билет в общий вагон на поезд «Москва – Хабаровск». Денег мне хватило (примерно где-то 17 рублей, а может, и меньше, честно говоря, сейчас уже не помню) до Красноярска. Осталось где-то рубля три мелочью. В зале ожидания я прикорнул, чемодан сдал в камеру хранения за 15 копеек.

Утром вышел посмотреть на Москву, в которой, надо сказать, был впервые. Площадь трех вокзалов – Комсомольская – поразила шумом, гамом и какой-то не питерской суетливостью. Около вокзала я увидел львовский автобус, около которого человек с мегафоном в руке приглашал на экскурсию по городу. Поезд уходил вечером, весь день был впереди. Узнав, что вся экскурсия стоит всего лишь полтинник, я решил посмотреть столицу. Сел в теплый львовский автобус, который вместе с экскурсоводом повез нас по Москве. Больше всего запомнилась, конечно же, Красная площадь, и про нее расскажу интересный эпизод.

Дело в том, что в детстве, да и в техникуме, мягко говоря, я был хулиганистым подростком. Читатели моего блога уже знают, что в 15 лет я бросил курить, но дурацкая привычка плеваться у меня осталась, и делал это я довольно регулярно и по-хулигански лихо. И вот привозят нас на Красную площадь. Где-то около Василия Блаженного на Васильевском спуске останавливается автобус, мы выходим. Я вижу Спасскую башню, часы на которой в это время, по-моему, сыграли четвертные куранты, машинально плюю на брусчатку и вдруг ловлю себя на мысли, что я сделал что-то очень постыдное и абсолютно недопустимое. Я вдруг понял, что плюнул на КРАСНУЮ ПЛОЩАДЬ (!) – на Святое место для каждого гражданина Советского Союза. С первых картинок в букваре Красная площадь для меня олицетворяла собой всёе то, чему меня учили, когда я был октябренком, пионером, кстати, в тот момент я был комсомольцем. И удивительно, что у меня, у пушкинского хулигана, уши покраснели от стыда за то, что я плюнул на брусчатку Красной площади. Я поозирался, надеясь на то, что особо никто не заметил. Похоже, так и было.
Collapse )
Миронов Сергей Михайлович

ЧЁТКИ ПАМЯТИ - (Маньяк)

Хочу рассказать одну историю, которая приключилась со мной в юности ...
Это был 1970 год. Я учился в индустриальном техникуме в Ленинграде, а жил в Пушкине – пригороде Ленинграда. Каждое утро вместе со своим другом Толяном мы садились в электричку, ехали в Ленинград, вечером также возвращались домой.
Электричка была, можно сказать, – дом родной. Расписание мы знали наизусть, чётко понимали, когда какая идёт, с какими остановками (в Пушкине и Павловске остановки были всегда).


МАНЬЯК
И вот однажды, это было, наверное, осенью, где-нибудь конец сентября, мы с однокурсниками что-то отмечали, может стипендию, а может чей-то день рождения, не помню, но помню, что отмечали мы скромно и выпито было совсем чуть-чуть, но было. Естественно, мы припозднились и еле-еле успели в метро, чтобы успеть на последнюю электричку, которая отходила где-то около часу ночи от Витебского вокзала.
Мы прошли в четвёртый вагон, который должен был остановиться в Пушкине как раз напротив выхода к автобусному кольцу. Вагон был пустой. Сели по левую сторону: я – лицом по ходу, Толян – напротив меня. До отправления электрички оставалось где-то ещё минут семь, мы о чём-то разговаривали, обсуждали прошедший вечер, строили планы на завтра.

И тут я услышал, как сзади раздвинулась дверь в наш вагон. Толян бросил взгляд мне за спину и по его взгляду я понял: идут милиционеры (с недавнего времени вечерние электрички стали сопровождать наряды милиции). И действительно, мимо прошли два милиционера, мельком взглянули на нас и пошли дальше по вагону. Через минуту поезд тронулся, и я опять услышал, что у меня за спиной раскрылись двери и кто-то зашёл в вагон. Толян опять быстро глянул мне за спину, но почему-то его взгляд задержался, а потом он как-то быстро опустил глаза.
"Что-то не так", – подумал я.
И не успел я додумать до конца, как увидел, что рядом со мной садится какой-то мужик. Бросив мельком взгляд на него, не прекращая разговора с Толяном, я заметил, что это мужчина лет сорока с очень короткой стрижкой, и ещё я увидел какую-то наколку у него на правой кисти. В руках мужчина держал книгу. Глянув очень быстро на меня, чуть-чуть подольше на Толяна, сосед раскрыл книгу, причём раскрыл на первой странице после обложки и я увидел название «Решение дифференциальных уравнений четвёртого порядка». Сердце ёкнуло, и в груди образовалась холодная сосущая пустота: в час ночи в электричках такие книги не читают.
И ёще: вагон абсолютно пустой, какого чёрта нужно было садиться именно рядом с нами? – что-то здесь не так.

Collapse )
Mironov S.M.

ЧЁТКИ ПАМЯТИ - (Арабская газета)

Когда я учился в Индустриальном техникуме в Питере, мы с моим другом Толяном каждый день приезжали из Пушкина на Витебский вокзал, потом садились практически на любой троллейбус, который шёл по Литейному до пересечения с Невским, там мы выходили, пешком проходили через Аничков мост, а дальше первый поворот направо – это как раз была улица Толмачёва (сейчас называется Караванная), там и находился наш техникум.

АРАБСКАЯ ГАЗЕТА
Маршрут был выверен и высчитан до минуты и до шага. Когда мы выходили из электрички, шли через Витебский вокзал мимо многочисленных киосков, тогда в них очень часто продавались газеты из стран социализма.
Была газета Польской Объединённой рабочей партии, была какая-то газета из ГДР, и были газеты на арабском языке.

Однажды с Толяном мы решили поприкалываться: купили такую газету, а заодно и нашу "Комсомолку". Я вложил "Комсомолку" в арабскую газету. Мы зашли в троллейбус и сели на последние кресла (чтобы сзади никого не было), я развернул газету с арабскими буквами в сторону салона, а к себе "Комсомолку" и стал читать Толяну какую-то передовицу, причём специально такую заумно-политическую, из которой было непонятно вообще, о какой стране идёт речь, но то, что там о ленинизме-марксизме – это было понятно. Причём читал я специально не бегло, иногда запинался, как бы вспоминая слово. (Нам было по 16 лет, одевались без претензий).
Нужно ли говорить, какими глазами весь троллейбус уважительно-почтительно смотрел на меня, думая: "Какой интеллигентный мальчик так хорошо знает арабский язык".

Нужно отдать должное нам с Толяном, до самого выхода из троллейбуса мы не рассмеялись, так и оставили весь троллейбус в недоумении: откуда такой простецкий на вид парень так хорошо знает арабский язык.
Вот такой прикол.

Всего доброго.
Ваш Сергей Миронов.
Mironov S.M.

"ЧЁТКИ ПАМЯТИ" - (Редисочно-черешневая история)

В детстве, как и все пацаны, я любил лазить по чужим садам. Своего сада у нас не было, но даже потом, когда отдыхал в деревне у дяди или тётушки, у которых был шикарный сад, всё равно самые вкусные яблоки были из других садов, куда нужно было залезать ночью, с риском получить солью из берданки в одно место и с другими всеми прелестями.
Одним словом, главное — не тот или иной плод или овощ, а главное — экстрим, адреналин и, как бы сейчас сказали, драйв.


РЕДИСОЧНО-ЧЕРЕШНЕВАЯ ИСТОРИЯ
Однажды, когда только-только начались летние каникулы (после окончания пятого или шестого класса), мы как-то шастали за дровяным складом в конце нашей улицы Красной Артиллерии. На этот склад по железной дороге привозили брёвна, полубрёвна, распиленные плошки, которые потом, видимо, вывозили на те или иные объекты, прежде всего, в военные училища и в военные городки в качестве дров.
И вот за этим дровяным складом мы шли по железной дороге и заметили огородик. Подойдя поближе, увидели, что из земли торчат аппетитные красно-белые головки редиски. Естественно, мы начали выдёргивать редиску, вытирать её об штаны и тут же громко хрумкать. Вкусно было, невероятно!

Вдруг мы услышали крик и увидели, что к нам бежит мужик с соседнего огорода. Мы бросились врассыпную — нам было не привыкать. Бежали что есть силы и по уже хорошо отработанной технологии именно врассыпную Но среди нас был один совсем маленький мальчишка, наверное, после первого или второго класса, как потом оказалось, его мужик всё-таки догнал и ничего умнее не придумал, как сдал бедного пацана в милицию.
Тот, размазывая слёзы и по поводу своей дальнейшей судьбы, и от страха, что совершает с точки зрения мальчишеского кодекса недопустимые вещи, конечно, "заложил" всех нас.

И вот меня с мамой в один прекрасный день повесткой вызывают в детскую комнату милиции города Пушкина.
Collapse )
Mironov S.M.

ЧЁТКИ ПАМЯТИ (История в Тайшете, окончание)

Благополучно мы доехали до станции Тайшет. Стояли жуткие морозы. Я пулей выскочил из вагона и побежал на вокзал в буфет в надежде, что там или хлеб на столе есть, а может быть ещё что-нибудь, чего уж там, буду говорить, как есть, может что-нибудь в тарелках осталось. Каково же было моё разочарование, когда я увидел, что буфет на ремонте.

ИСТОРИЯ В ТАЙШЕТЕ

Зал ожидания был абсолютно пустой. Стандартные МПСовские сидения стояли по периметру вдоль стен, середина была пустая. Я вышел на перрон. Прямо у входа в вокзал на перроне стояла краснощёкая тётка в валенках, повязанная крест-накрест пуховым платком, и время от времени призывно кричала: "Пирожки! Пирожки! Жареные пирожки с мясом!" Кто-то подошёл, протянул денежку, тётка открыла нутро своего ящика, оттуда повалил пар, и в нос мне шибануло вкуснейшим, маслянистым запахом жареных пирожков с мясом. Сглотнув слюну, я пошёл в туалет пить воду.

Собственно говоря, последние дни, когда уже стал голодать, всё время пил воду, чтобы хоть что-нибудь плескалось в животе. Делать нечего – на улице холодно, зашёл я в зал ожидания и пошёл вдоль рядов, машинально глядя на пол и заглядывая под скамейки, – вдруг рубль найду или ещё какую-нибудь монетку. Collapse )