Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

Миронов С.М.

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Из полевого дневника

Пишу эти строки находясь примерно в 400 км от лагеря, на границе Якутской АССР и Амурской области, в с.Нагорное. Прошедшие сутки были весьма насыщенными.
После того, как 29-го я сделал красной пастой записи в дневник, часа через два на дороге через перевал показался Шура. Один. Бригадиром у него Витёк. Они работают в паре. Накануне строжайше всех предупредили, чтобы работали только в паре, в одиночку не ходили. Пока Шура спускался, все строили предположения (в основном в шутливой форме), где он оставил Витька.
Спустился Шура: «Который час?»
— Половина восьмого, — отвечали.
— Витька не было? — он.
— Нет, — мы.
— Если сейчас, минут через 30 не подойдет, надо идти искать, — он.
На него сыпется куча вопросов. Из ответов вырисовывалась следующая картина.
Витёк решил, вопреки указаниям, работать по одиночке. Наметил себе и Шуре участки, разошлись. Договорились встретиться в определенном месте в 16:00. У Витька были часы, у Шуры нет. Шура закончил раньше, был в условленном месте в 14:30. Сидел, ждал Витька. Развел костер да и уснул. Проснулся — уже вечер. Витька нет. Оставил ему записку и пошел в лагерь, в общем-то в надежде на то, что Витёк уже там.
Через минут 40, в 20:30, наш маленький спасательный отряд двинулся по дороге через перевал. Нас было трое. Захватили все необходимое. Я нес ружье и спички, Алексей — фонарь, Шура — карту.
Перевалили за перевал — уже почти стемнело. Покричали. Никого. Спустились в долину. Там старая, заросшая лесная дорога, в конце которой Шура оставлял записку. Хоть и втроем, а нервы щекочет: днем все эти дороги в медвежьих следах. В 22:30 сзади нас в горах раздался слабый крик. Мы закричали, я дуплетом выстрелил. Вернулись немного назад...
На дороге стоит Витёк. От радости, что с ним ничего не случилось, не стали даже ругаться. Он немного заплутал. Пока разобрался, пока выбрался, одним словом, все хорошо, что хорошо кончается.
Миронов С.М.

Санкт-Петербург в цифрах

В связи с недавным счастливым событием в жизни Северной столицы - рождением пятимиллионного жителя - хочу еще раз поговорить о судьбе Санкт-Петербурга, вспомнить радостные и печальные вехи в его истории и выложить отрывок одного из моих недавних эфиров.
Миронов С.М.

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Поездка в Сибирь. Часть 5

Доехал я до Тайшета, там спокойно пересел и примерно часов в восемь вечера я оказался в том самом «Гидростроителе». Мороз стоял градусов под 40, ботиночки-то у меня хоть и назывались зимними, но я не раз вспомнил про те, которые остались в спертом чемодане – да только что же делать? И стал я бегать по поселку (причем именно поселку), приставать к редким одиноким прохожим с вопросом, где тут такая улица – на «М» начинается и на «ская» кончается, причем точно помнил, что это не «Московская». Никто не знал.

Бегал я, наверное, часа два. И, судя по всему, не только замерз, но и простыл. Не найдя эту «М….скую» улицу, проклиная все на свете, я вернулся в здание вокзала. Оно представляло собой павильон, к счастью, отапливаемый печкой, со стандартными деревянными креслами-сидениями (хорошо, что без поручней – на них можно было вытянуться). На одной из скамеек так уже развалился какой-то мужик. Я улегся и провалился в никуда.

Проснулся я от того, что меня тормошили милиционеры. Вдруг почувствовал, что как будто я пьяный – а на самом деле меня бил кашель и, видимо, поднялась очень высокая температура. Все плыло, сам я шатался. Милиционеры сначала меня действительно приняли за пьяного. Я показал им паспорт, они посмотрели на мою ленинградскую прописку. Я им сплел какую-то историю, сейчас уже не помню, какую, они меня и оставили. Так как это была станция конечная, поезд стоял в тупике, и я знал, что где-то в 8 утра пойдет этот поезд-подкидыш до Тайшета.

Collapse )
Миронов С.М.

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Поездка в Сибирь. Часть 4

И вот я вышел с чемоданом, без копейки денег в замечательном городе Чита. На привокзальной площади увидел сопки над городом, на двух или трех из которых стояли локаторы. Стоял очень сильный мороз, а пальтишко у меня было демисезонное, правда, шапка зимняя. Есть уже хотелось сильно, потому что последний раз ел где-то сутки назад. Пошел было в вокзальную столовую (в те времена еще хлеб на столах стоял бесплатно), но хлеба на столах не оказалось. Покрутился – ничего съестного добыть не удалось. Мешал чемодан. Я стал думать, как бы мне его сдать в камеру хранения, но для этого нужны были 15 копеек. Вспомнил про механическую бритву, подаренную батей, достал и стал всем предлагать купить ее за 15 копеек. Желающих не нашлось.

Я понимал, что что-нибудь поесть или найти какие-нибудь монетки я смогу только в городе. Есть хотелось очень, поэтому в одном из залов ожидания, в котором было поменьше народу, я нашел самую дальнюю скамью и задвинул под нее как можно дальше чемодан. Честно говоря, умом я понимал: когда вернусь, очень может быть, что чемодана не будет, поэтому практическая мыслишка подсказывала мне: «Достань-ка новые ботинки, обуй их, возьми свежее белье, сходи, переоденься. Фотографии, может, достань, по карманам рассуй». Но, с другой стороны, это бы означало, что я заранее смирился с тем, что у меня чемодан сопрут.

И вот из-за какого-то дурацкого упрямства я ничего этого не сделал, задвинул чемодан подальше и побежал по городу. Причем помню, у меня была абсолютно наивная мысль пойти не куда-нибудь, а в райком комсомола (у меня даже с собой комсомольский билет был) и сказать ребятам, что так и так, оказался в такой ситуации, дайте денег на хлеб. К ужасу своему я никак не мог найти этот райком комсомола: никто не знал, где он находится. Несколько раз заходил в булочные, другие магазины, толкался около касс, пытаясь найти хоть какую-то монетку на полу – ничего нигде не было.

Collapse )
Миронов С.М.

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Поездка в Сибирь. Часть 3.

Витек, действительно, сидел в тюрьме, буквально неделю назад освободился, а теперь ехал на Сахалин, где у него батя (страшно даже сказать) первый секретарь Сахалинского обкома партии. С девчонками он познакомился на вокзале, пообещав, что батя их устроит на хорошие деньги – на работу. И мне пообещал работу в геологической партии на Курилах или на Камчатке. Круто! Обе девчонки, на самом деле молодые женщины, тоже сидели где-то не Севере, работали на рыбопосоле. Нужно сказать, что Римма была очень красивая девушка, а Галка была толстая, неопрятная и некрасивая. Но смотреть на руки обеих было неприятно и даже страшно – они были изъедены солью, даже ногти. Правда, на это я вскоре перестал обращать внимание. И вот началось наше интересное путешествие.

Очень скоро выяснилось, что Витек – заядлый картежник. В соседнем вагоне нашлись богатые кавказцы, и Витек регулярно уходил к ним играть, обычно по ночам. Играл он, видимо, неплохо, потому что у нас все время была еда, был даже иногда коньяк. Ехали мы весело, с песнями.
Девчонки оказались вполне нормальными. Однажды произошел эпизод, который поверг меня и Санька в некий мальчишеский шок. Оказывается, на те деньги, которые девчонки заработали в лагере, они накупили женского белья, и в какой-то момент, причем это был не вечер, а день, они вдруг намерились прямо в нашем отсеке все это примерять – причем абсолютно на обращая на нас никакого внимания, даже просили иногда что-то застегнуть. Я, честно говоря, очень быстро убежал в тамбур. А Санька, по-моему, так и мучился – хотя как сказать.

И так мы ехали, по-моему, три или четыре дня до Красноярска. Раз в сутки, обычно вечером, ходила бригада проверять билеты. Все отрепетировано занимали свои «расчетные» места: Санек залезал на третью полку, и до Красноярска я чинно сидел в купе один, протягивая свой билет. Римма, как более худенькая, пряталась под кучей пальто, которые мы все повесили на одну сторону (хорошо, что никто ни разу не догадался заглянуть под эти пальто), а Галка с Витьком умудрялись бегать из вагона в вагон, изображая все время, что они из соседнего вагона, и у них уже билеты проверяли. Самое удивительное – как им это удавалось.

Collapse )
Миронов С.М.

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Поездка в Сибирь. часть 2.

Уже поздно вечером я был в Москве на Ленинградском вокзале. Быстро сориентировался, что поезда в Сибирь отправляются с Ярославского, Решил взять билет в общий вагон на поезд «Москва – Хабаровск». Денег мне хватило (примерно где-то 17 рублей, а может, и меньше, честно говоря, сейчас уже не помню) до Красноярска. Осталось где-то рубля три мелочью. В зале ожидания я прикорнул, чемодан сдал в камеру хранения за 15 копеек.

Утром вышел посмотреть на Москву, в которой, надо сказать, был впервые. Площадь трех вокзалов – Комсомольская – поразила шумом, гамом и какой-то не питерской суетливостью. Около вокзала я увидел львовский автобус, около которого человек с мегафоном в руке приглашал на экскурсию по городу. Поезд уходил вечером, весь день был впереди. Узнав, что вся экскурсия стоит всего лишь полтинник, я решил посмотреть столицу. Сел в теплый львовский автобус, который вместе с экскурсоводом повез нас по Москве. Больше всего запомнилась, конечно же, Красная площадь, и про нее расскажу интересный эпизод.

Дело в том, что в детстве, да и в техникуме, мягко говоря, я был хулиганистым подростком. Читатели моего блога уже знают, что в 15 лет я бросил курить, но дурацкая привычка плеваться у меня осталась, и делал это я довольно регулярно и по-хулигански лихо. И вот привозят нас на Красную площадь. Где-то около Василия Блаженного на Васильевском спуске останавливается автобус, мы выходим. Я вижу Спасскую башню, часы на которой в это время, по-моему, сыграли четвертные куранты, машинально плюю на брусчатку и вдруг ловлю себя на мысли, что я сделал что-то очень постыдное и абсолютно недопустимое. Я вдруг понял, что плюнул на КРАСНУЮ ПЛОЩАДЬ (!) – на Святое место для каждого гражданина Советского Союза. С первых картинок в букваре Красная площадь для меня олицетворяла собой всёе то, чему меня учили, когда я был октябренком, пионером, кстати, в тот момент я был комсомольцем. И удивительно, что у меня, у пушкинского хулигана, уши покраснели от стыда за то, что я плюнул на брусчатку Красной площади. Я поозирался, надеясь на то, что особо никто не заметил. Похоже, так и было.
Collapse )
Миронов С.М.

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Поездка в Сибирь. часть 1.

«Поезд тронулся. Перрон серой змеей заскользил за окном и оборвался: змее отрубили голову – я уезжаю из Ленинграда». Так начиналась моя запись о поездке в Сибирь, сделанная примерно через год после той эпопеи. Рукопись, которую я назвал – ни много ни мало – как «Исповедь», куда-то безвозвратно исчезла, но что интересно, начало той самой исповеди почему-то запомнилось, и сейчас я его привел абсолютно дословно.

Эта история приключилась в 1970-ом году. В 1969-ом, осенью, после того как мы с Толяном ушли из девятого класса, узнав, что в Питере есть Индустриальный техникум, в котором открыт факультет «Геофизические поиски и разведка полезных ископаемых». Узнали мы об этом только в девятом классе, иначе бы ушли в техникум после восьмого. Одним словом, 1 сентября 1969 года мы с ним были студентами индустриального техникума, который находился на улице Толмачева – сейчас это улица Караванная. Эта улица идет от цирка мимо Манежа, мимо кинотеатра «Родина», выходит на Невский, практически прямо напротив Дома пионеров. Налево – в нескольких буквально сот метрах Аничков мост, направо – недалеко Елисеевский магазин, площадь Островского, Садовая, Гостиный Двор. Одним словом – самый центр города.

Первый семестр мы окончили неплохо, сдали все экзамены, на каникулах сходили в лыжный поход в Карелию с ночевками, начался второй семестр. Один из наших однокурсников, который уже отслужил в армии, устроился работать дворником недалеко от БКЗ «Октябрьский». Ему дали служебную отдельную однокомнатную квартиру, вход в комнату был прямо из подъезда, а через комнату можно было пройти на кухню, в углу которой из досок был выгорожен туалет. Эти детали хорошо помнятся, потому что каждый день в 5-6 утра мы все вместе по специальному графику лед кололи, а осенью листья мели, а затем грелись на квартире чаем, а иногда и не только чаем. Зато на заработанные нашим однокурсником деньги мы иногда по-студенчески кутили. Жизнь была веселая, студенческая, не буду вдаваться в подробности.

Потом что-то на меня нашло, и я надумал вдруг где-то в феврале, по-моему, после моего дня рождения (а стукнуло мне семнадцать годиков) навсегда уехать куда-нибудь в Сибирь, устроиться в геологическую партию и гори синим пламенем и техникум, и Ленинград, и все друзья – надо срочно начинать серьезную, взрослую, полевую, геологическую жизнь. Одним словом – типичные проблемы переходного возраста плюс юношеский максимализм.
Collapse )
Миронов С.М.

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Сеанс Алана Чумака

Публикую еще одну «злободневную» по тому времени заметку из архивов главного редактора стенгазеты советских геологов в Монголии. Не все, наверное, сейчас вспомнят Алана Чумака, но в свое время «заряжением» воды перед телевизором, мне кажется, он всех достал. Так в виде заметки в стенгазете родилась реакция на эти «доставания».

Т0ЛЬКО В НАШЕЙ ГАЗЕТЕ!!!
ЗАРЯЖЕННЫЙ ТЕКСТ СЕАНСА АЛАНА ЧУМАКА!
– Здравствуйте. Начинаем наш сеанс. Надеюсь, Вы уже положили крэмы перед телевизором. Хочу сказать, что получил много писем, где говорится о случаях, когда после моей зарядки тюбики взрывались. Поэтому советую вам отвинтить пробки у крэмов, чтобы излишняя биоэнергия выходила из них, но, чтобы она не пропадала, подставьте рядом тару для стока. Что касается воды, многие жалуются на сильный привкус хлора – это вина Водоканала, а не Чумака. Специально для товарища из города Ейска еще раз повторяю: поставленная перед экраном банка с мочой не излечит вас от мочекаменной болезни.

Так. Все. Начинаем. Мужчины могут сидеть, лежать, стоять, бодрствовать или спать, а женщины могут даже готовить обед или стирать – я все равно все и всех заряжу. Кстати, вчера я зарядил Луну, так что те, кто не смог пока купить телевизор, могут совершать вечерние прогулки под Луной. Оставлять на улице под лунным светом крэмы не рекомендую – увы, крэмы так же, как, к счастью, и экстрасенсы, у нас пока в дефиците.
Итак, пошел сеанс: ..... чмок..., чмок, чмок…........ чмок...... чмок….. чмок……. чмок……. чмок…… чмок!
Сеанс закончен. Пейте крэмы, мажьтесь водой… Товарищ из Ейска, все же ваша банка очень мешает мне – постоянно ощущаю специфический вкус во рту……. До свидания, до встречи в Новом году!
Примечание редколлегии: Рекомендуем перечитывать этот заряженный текст до тех пор, пока не чумакнетесь……….
Миронов Сергей Михайлович

ЧЁТКИ ПАМЯТИ - (ГЕОЛОГИЯ. Монголия. Дмитрий Демежко)

На днях разговаривал по телефону с дочерью. Она живёт и работает в Питере, и с большим удовольствием, как сама говорит, читает мой блог, особенно любит мои воспоминания.
Кстати, она, можно сказать, тоже "монголка", родилась, правда, в 1985 году в Свердловске, но, когда ей было полтора года, мы её увезли в Монголию, и с 1986 по 1991 годы она была с нами в Улан-Баторе.


Так вот, дочка мне сказала:
– Папа, ты как-то сразу обозначай, когда пишешь про кого-то из своих друзей, что он делает сейчас, потому что ты обо всех пишешь в прошедшем времени, о некоторых ты потом вдруг пишешь: "Царство им Небесное" – как-то сразу грустно становится. Поэтому ты указывай, во-первых, года, о которых рассказываешь, и может быть в самом начале говори, что сейчас с этим человеком.
Иду навстречу пожеланиям трудящихся, как раньше говорили, и дочурка, я думаю, правильно подметила, поэтому рассказ о Дмитрии Демежко ...

ДМИТРИЙ ДЕМЕЖКО

Димитрий – как я его начал звать ещё в Монголии и зову до сих пор – начну с того, что сейчас он доктор наук, живёт и работает в Екатеринбурге. Он продолжает заниматься геофизикой, на самом деле занимается палеоклиматом, а также очень многими интересными вещами. Я, может быть, потом об этом ещё даже отдельно расскажу.

Познакомились мы с ним в середине 80-х, когда он приехал в нашу монгольско-советскую геологическую экспедицию в качестве инженера-геофизика. Димитрий очень интеллектуальный и эрудированный человеком, с ним интересно разговаривать на любые темы. А ещё у него было отличное, я бы сказал, тонкое чувство юмора. И плюс – настоящий полевик, настоящий товарищ, надёжный и, как геофизик, очень профессиональный.
Итак, Димитрий. Приключений и всяких смешных историй у нас была масса. Расскажу о двух из них.

Collapse )
Mironov  Sergey

ПИСЬМО С ЧУКОТКИ

На днях на мой сайт написал член партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ на Чукотке Игорь Александрович Ранав. Живёт он в городе Певек. Игорь Ранав – председатель Чаунского филиала Чукотской региональной общественной организации "Ассоциации коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации".
Игорь написал, что находится в Москве, 16-го марта улетает обратно в Певек, хотел бы встретиться. И вот 14-го вечером я его принял.


Очень интересный человек. Вот что он рассказал о себе.
Родился в 1966 году, как говорит, родился в яранге. Мать у него чукчанка, отец – украинец. Всё детство Игорь провёл в тундре. Девять месяцев в году учился в интернате. Летом вместе с большой семьёй кочевал по тундре за оленьим стадом. Игорь рассказывал, как в его обязанность входило утром первым выскочить, простите, по нужде, услышать по звуку, где находится стадо, посмотреть, какая погода, потом зайти в ярангу и доложить взрослым об обстановке.

С детства Игорь научился бросать аркан. Кстати, сейчас Игорь говорит, что если поставить перед ним цель, он может набросить аркан на боковое зеркальце любой проезжающей мимо машины, с какой бы скоростью она мимо не двигалась. При этом профессионально сказал: "Только нужно будет сразу аркан отпустить, а то поволочёт за машиной". Но это так, не этим он интересен.

Игорь большой общественник, а вообще, на самом деле, он самый настоящий пассионарий.
Он из тех, кто не может просто так жить, ему обязательно нужно найти ответы: зачем он живёт, почему живёт? А самое главное, он пришёл к очень простому выводу, что жить нужно для людей. Игорь поставил цель – улучшить жизнь своих сородичей. А проблем у них огромное число.
Например, Игорь добился того, что корабль, который возит уголь и всю жизнь (сколько себя помнит Игорь), раз в два дня, проплывал мимо его острова, теперь делает остановку на этом острове и заодно привозит коренным жителям продукты питания: фрукты, овощи и так далее.

Collapse )