Category: образование

Миронов С.М.

​​Пустите студента в музей!

​Среди сомнительных нововведений, который содержит новый Закон об образовании, начавший действовать с 1 сентября, есть те, где зацикленность на прямолинейном бухгалтерском подходе особенно очевидна. К таковым, в частности, относится отмена права бесплатного посещения государственных и муниципальных музеев для студентов. Если в старом законе норма об этом была, то в новом нет. А стало быть, юноши и девушки, стремящиеся заниматься самообразованием, приобщаться к шедеврам культуры и историческим реликвиям, должны отныне раскошеливаться, покупая полные взрослые билеты. Разработчики Закона об образовании и депутаты от партии власти, голосами которых он в основном и принят, словно сами никогда не были студентами. Словно забыли, что в вузах учатся не только сынки и дочки состоятельных родителей. Что основной массе студентов в материальном плане живется очень и очень непросто. Стипендии крайне скудны. Плата за проживание в общежитии растет и растет. Родители не всякому могут помогать, а найти хорошую подработку, которая бы позволяла сводить концы с концами и не мешала учебе, - дело сложное.

Collapse )
Миронов С.М.

Отсутствие общественного доверия к Ливанову скажется на доверии к рейтингу вузов

Министерство образования и науки запускает очередной мониторинг деятельности вузов. Действительно, не могут же абитуриенты и работодатели ориентироваться на международные рейтинги, тем более что Россия в них практически не представлена, или на саморекламу тех учебных заведений, для которых знания стоят на втором месте, а на первом – прибыль.
Но это именно та ситуация, когда более чем уместен классический вопрос: А судьи кто?
Нет, я не об экспертах, которые будут привлекаться к проведению мониторинга. Не подвергаю огульному сомнению их компетентность и объективность. Я о тех, кто будет делать административные выводы из результатов этого мониторинга.
Уже не один раз суждения министра Дмитрия Ливанова об эффективности тех или иных образовательных или научных структур вызывали громкие скандалы. А причина этого состоит, прежде всего, в том, что эффективность самого министра широкая научная и педагогическая общественность оценивает, мягко говоря, невысоко. И отсутствие общественного доверия к министру не может не сказаться на общественном доверии к министерскому рейтингу.
Хотя, несомненно, наша страна нуждается в авторитетной и объективной системе оценке вузов.
Миронов С.М.

Учитель должен быть образцом для подражания

Конституционный Суд рассматривает возможность отмены ограничений на работу в школе для педагогов с судимостью. В суд обратились учителя, которых эти поправки коснулись. Напомню, что в 2011 году были внесены изменения в статью 351.1 Трудового кодекса РФ, которые вступили в силу с января 2011 года. Жесткие изменения в трудовой кодекс были внесены с целью ограждения детей от насилия. Дословно они звучат так: «К трудовой деятельности в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, организации их отдыха и оздоровления, медицинского обеспечения, социальной защиты, в сфере детско-юношеского спорта, культуры и искусства с участием несовершеннолетних не допускаются лица, имеющие или имевшие судимость, подвергавшиеся или подвергающиеся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за преступления против жизни и здоровья, свободы, чести и достоинства личности, половой неприкосновенности и половой свободы личности, против семьи и несовершеннолетних, здоровья населения и общественной нравственности, а также против общественной безопасности».

С одной стороны, все логично и здраво. С другой стороны, что делать с теми учителями, которые остались без работы вследствие ошибок молодости, которые были совершены давно, о которых уже все и думать забыли, а человек с тех пор имеет чистую и незапятнанную репутацию? Вопрос действительно крайне сложный. Ведь зачастую подобные преступления были небольшой тяжести, да и с детьми эти деяния могли быть никак не связаны. Именно этим и руководствуются те, кто выступает за отмену ограничений, «вооружившись» большим количеством примеров подобных ошибок молодости.

Но давайте не забывать одной, может быть, и избитой, но вполне правильной мысли: «Закон должен быть единым для всех». Если мы будем в этом сложнейшем вопросе идти на уступки, то, как водится, уступками этими будут пользоваться те люди, к которым они ну никак не относятся. Я утверждал и утверждаю, что в школе не место людям, не умеющим сдерживать свои эмоции. Ведь все мы знаем, что педагог — это прежде всего человек, обладающий огромным запасом терпения. Ситуации, которые могут вывести учителя из себя, в школе случаются достаточно часто, порой каждый день. И если педагог идет в школу по призванию, он должен понимать, что терять самообладание ему ни в коем случае нельзя. Он должен знать, как бороться со своими эмоциями. А если этот человек, педагог, совершает какое-то преступление, допустим, даже не тяжкое, допустим, никак не связанное с детьми, можем ли мы поручиться, что следующей его жертвой не станет ребенок? Нет, не можем. Я уже не говорю о том, что учитель попросту должен быть примером для подражания. Согласитесь, очень интересный пример являет собой учитель, за спиной у которого была судимость...

Поэтому я считаю, что подобные нормы вполне обоснованны и правомерны в государственной системе образования. Ведь, напомню, что появление этих норм возникло не случайно. Сколько преступлений против несовершеннолетних было совершено за последние годы! А сколько детей пострадало от рук недобросовестных педагогических работников! Цифры говорят сами за себя, и мы не можем не принимать их во внимание.
Миронов С.М.

«Языку мы учимся и должны учиться до последних дней своей жизни»

«Нам дан во владение самый богатый, меткий, могучий и поистине волшебный русский язык.
Языку мы учимся и должны учиться до последних дней своей жизни».
К.Г. Паустовский


Вчера в России отпраздновали День русского языка. Праздник никогда не хочется омрачать разговорами о неприятной действительности. А вот после самое время подробно поговорить о том, что наболело. А наболело действительно сильно.
В наше прогрессивное время всё стремится к упрощению, к ускорению. Не обошла эта «беда» стороной и наш великий русский язык. Разговорный, а следом за ним и литературный язык изменяется сейчас не в лучшую сторону. Всё чаще я стал видеть совершенно шокирующие меня высказывания и публикации, в которых, особо не вникая, даже пятиклассник найдет ряд грамматических ошибок и, как ни странно, сможет дать четкое правило, по которому будет ясно, что так писать нельзя! Не каждый взрослый сейчас эти правила может вспомнить. Да и нужны ли они взрослому  человеку?

Ведь мало кто из нас, начиная писать тот или иной текст, задумывается о правилах. Это происходит машинально. Для грамотных людей — это как езда на велосипеде. Сел на велосипед и крутишь педали. И ничего тут сложного нет. Но вот кому действительно нужно эти правила вспоминать и заново учить, так это тем, кто с этого велосипеда постоянно падает, никак не понимая, что сначала нужно крутить правой ногой, потом левой, потом опять правой и так далее. И не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы научиться «крутить эти педали». Нужно только захотеть! И потом выработанная привычка просто не даст с этого «велосипеда» упасть.

Итак, нужно только захотеть.... – вот он рецепт! Но именно в этом зачастую и заключается основная трудность. Люди не хотят. Могут, но не хотят, приводя следующие неубедительные аргументы: «Это же не сочинение по русскому языку» или «Ну, мы же не в школе». Да, действительно, не в школе. И от этого-то и стыдно. Школьники зачастую бывают грамотнее своих родителей, потому что им не дают эти правила забыть учителя. Ну, а потом? Хоть трава не расти? Учителя над душой не стоят – свобода! Сдал экзамен и забыл о существовании каких-либо правил. А, тем не менее, они существуют, и не только в учебниках, а в обычной повседневной жизни.

Collapse )
Миронов С.М.

ЕГЭ: путь к абсурду

Со сдачи ЕГЭ по русскому языку для 760 тысяч выпускников школ этого года и 100 тысяч выпускников прошлых лет началась очередная «егэшная» эпопея, которая продлится до 19 июня. Конечно, в первую очередь хочется еще раз пожелать ребятам суметь выдержать нелегкое испытание, выпавшее на их долю. Хочу морально поддержать их, потому что на деле испытывается ведь не столько глубина знаний, полученных в школе, сколько особенности реакции и памяти, стрессоустойчивость, технические навыки заполнения бланков.

С тех пор, как ЕГЭ стал обязаловкой для всех школ страны, мы привыкли к одной и той же картине. Накануне чиновники от образования громогласно обещают, что в этот-то раз ЕГЭ пройдет без сучка без задоринки, и развивают бурную деятельность, внося очередные изменения в порядок сдачи экзаменов, стращая суровыми карами потенциальных нарушителей, вбухивая деньги в технические новшества, призванные «усилить контроль», «обеспечить объективность» и т.д. Но всем заранее ясно, что, конечно, снова будут и инциденты коррупционного плана, и организационные сбои, и масса всяческих подтасовок и несправедливостей. Даже первый экзамен не обошелся без скандала: в интернете появились ответы на ЕГЭ по русскому языку, некоторые из которых предлагались скачать за деньги.

Увы, такова уж природа этого монстра по имени ЕГЭ, взращенного в бюрократических пробирках и навязанного обществу. Он изначально порочен, антигуманен, циничен и способен лишь порождать все новые проблемы, ведущие к дальнейшей деградации системы образования.

Характерны результаты анонимного опроса школьников Москвы, Санкт-Петербурга, Нижнего Новгорода и Екатеринбурга, опубликованные в канун нынешнего ЕГЭ в ряде СМИ. Выясняется, что лишь 6,6% опрошенных уверены, что сдадут экзамены без дополнительных занятий, опираясь на обычную школьную программу. Остальные уповают на результаты того натаскивания, которым они занимались либо с помощью репетиторов, либо на разного рода курсах и дополнительных занятиях. По признанию 60% выпускников, им ради подготовки к госэкзаменам пришлось снизить внимание к другим предметам, а еще 30% и вовсе перестали заниматься чем-либо, кроме того, что предстояло сдавать в форме ЕГЭ.

Collapse )
Миронов С.М.

Дилетанты широкого профиля

В понедельник руководители трех парламентских фракций отправили специальное обращение в адрес Президента РФ Владимира Путина с предложением рассмотреть вопрос об отставке Министра образования и науки РФ Дмитрия Ливанова. Изначально вопрос об отставке Ливанова мы, депутаты, поставили по время отчета Дмитрия Медведева в Госдуме на прошлой неделе. Ответ Премьера был таким же неудовлетворительным, как и деятельность его министра образования и науки. Министр, конечно, не рубль, всем нравиться не может, но и не может быть министром человек, который не устраивает ни парламентариев, ни профессиональное сообщество – академиков РАН, преподавательский состав, родительский комитет. Да что там, социологические опросы показывают, что именно Ливанов является самым непопулярным министром в нынешнем Правительстве!

Документ с предложением об отставке Ливанова попал ко мне на стол еще утром. На нем уже стояли подписи Геннадия Зюганова и Владимира Жириновского. Без раздумья присоединился к обращению. Дело осталось за Владимиром Васильевым. Из заявлений Сергея Нарышкина я понял, что «Единая Россия» поддерживает нас – оказалось, что только на словах. Подписывать документ единороссы не стали. Ярчайший пример их политики «двойных стандартов» - ведь не будем забывать, что господин Ливанов – член «Единой России», а «партия власти» своих, как известно, не сдает до последнего.

На мой взгляд, в случае с министром Ливановым последний рубеж уже давно пройден. В народе его называют могильщиком российской системы образования. А что еще должны думать наши люди – взять хотя бы последнюю инициативу Министерства образования и науки. Предложили сократить список профессий, которые можно получить в российских вузах! Из 500 специальностей высшего образования останется около 100! Специальности будут даваться только в специалитете – на втором уровне магистратуры. Таким образом двухуровневая система образования полностью перейдет к подготовке по направлениям, а не по специальностям. Наверно, здесь стоит аплодировать нашему министерству – наконец-то у нас будет так, как во всем мире. Правда, у меня их новшества вызывает лишь тревогу, а у вас? Как вы оцениваете такую реорганизацию профессий? Сразу выскажу свое мнение: опасаюсь, что в результате мы получим армию «специалистов широкого профиля» – а проще говоря, армию дилетантов, которые, как в поговорке, слышали звон, да не знают, где он.

И возвращаясь к основной теме, я убежден: чем быстрее нам удастся добиться отставки полного непрофессионала Дмитрия Ливанова, тем меньше вреда будет нанесено нашему и без того пострадавшему от деятельности господина Фурсенко образованию. Не нужны нам «дилетанты широкого профиля» ни в вузах, ни в Правительстве. Тем более что найти достойную Ливанову замену не составит труда. Могу назвать сразу две кандидатуры - заместитель председателя комитета Виктор Шудегова («СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ») и первый заместитель председателя Комитета ГД по образованию Олег Смолин (КПРФ). Это и профессионалы, и просто порядочные люди, душой и сердцем болеющие за наше образование, а министр образования должен быть именно таким.
Миронов С.М.

Образование – не услуга, а фундамент будущего

Образование – это не просто обучение. Образование включает в себя, наряду с обучением, еще и воспитание человека, а также его социализацию, подготовку к жизни в обществе. С увеличением объема информации, роль образования стремительно возрастает. Оно должно не только снабдить человека некой суммой знаний и навыков, но и научить самостоятельно мыслить, принимать решения в наш стремительный век. А что происходит с нашим, российским образованием сегодня? Осознает ли общество и власть его растущую роль?

Я – неисправимый оптимист и мне очень хотелось бы сказать «да». Но оптимизм должен основываться на реалиях, на знании тенденций развития, а они говорят не в пользу утвердительного ответа. Пока сфера образования напоминает многим если не поле битвы, то, по меньшей мере, лабораторию для опытов или даже полигон для испытания оружия массового оглупления. В чем причина такого резкого поворота? Ведь Советскому Союзу было чем гордиться в этой области, и это нельзя не признать. Фразу Кеннеди о том, что «русские выиграли войну за космос еще за школьной партой» мы всегда повторяли с гордостью – правда, сейчас она грозит стать не более, чем просто историей. Наши специалисты в области целого ряда наук высоко ценились на Западе и на них шла настоящая охота. А еще было главное: продуманная система образования и выверенная система оценки полученных знаний.

Есть ли она сейчас? Думаю, что как раз и происходит ее разрушение. Судите сами. На что нацелена система ЕГЭ? На проверку знаний? Ничуть! Она нацелена на выбор ответа, к которому ученика готовят не столько прививая знания, сколько натаскивая на ответ. Что стоит за пресловутыми ФГОСами – федеральными государственными образовательными стандартами? Однобокость образования, которая со временем неизбежно приведет к утрате общегосударственного интеллектуального и образовательного капитала – главного богатства грядущих десятилетий и даже веков. К чему привело введение «вилки» бакалавриат-магистратура, мы уже знаем: большинство потенциальных работодателей морщат лоб, глядя на диплом бакалавра, тщетно силясь понять, кто же это хочет прийти к ним работать – готовые, образованные специалисты или недоучки? А повальная платность образования? А «замечательные» – в кавычках, разумеется, – рекомендации, что читать учащимся? А недостаточное количество бюджетных мест, отсекающее от возможности учиться тысячи способных, но малообеспеченных ребят?

Collapse )
Миронов С.М.

ЧЕТКИ ПАМЯТИ, Отпуск. Часть 1.

Осенью 72-го года к нам в роту пришел служить бывший курсант Рязанского воздушно-десантного училища. Он отучился первый курс, а с начала второго за какие-то провинности был отчислен из училища и направлен дослуживать один год (тогда такой закон был) в линейные части. Звали его, по-моему, Виталий. Начал служить он рьяно – парень физически крепкий, веселый, балагур. Но нашла «коса на камень» в отношениях с тогдашним старшиной нашей роты Гаджиевым. Чем-то Виталий ему сразу не понравился.

Началось, как сейчас помню, с мелкого конфликта. Виталий спорол свои курсантские погоны и хотел их оставить себе на память, поэтому попросил у старшины чистые, новые, голубые, на что Гаджиев сказал: «Спарывай продольные лычки с курсантских, вот тебе и будут обычные погоны». Виталий не захотел, ну и пошло-поехало. В итоге служба у него не задалась. За какую-то провинность командир сказал, что будет он служить не год, а полтора, а через какое-то время заявил, что год в училище он ему не засчитывает, поэтому объявляется Виталий молодым воином и будет служить по полной два года. Ну и Виталий, видимо, сломался, начал, что называется, «косить», начал изображать попытки к самоубийству, причем именно изображать. Его отправляли в госпиталь, потом он снова приходил. И так длилось всю осень.
И вот в начале января 73-го года в конце концов его комиссовали. А так как в документах было написано, что у него психическое расстройство (склонность к суициду), то по правилам его до дома должен был сопровождать кто-то из военнослужащих. У командира роты я был на хорошем счету, и решили дать мне 10 суток на то, чтобы отвезти его до дома куда-то в среднюю полосу России, а потом обратно.

Оказалось, что у него в его небольшом родном городке отец служит военкомом. И Виталий сразу предложил мне: «Хочешь, быстренько на самолете довезешь меня? Попроси своих родителей, чтобы на мой домашний адрес выслали «до востребования» денег на дорогу, а батя тебя отметит так, как будто ты все дни провел у меня в городе, а ты слетаешь в Ленинград". Идея была абсолютно авантюрной, но тем не менее показалась мне очень даже привлекательной, и я согласился.


Collapse )
Миронов С.М.

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Лехтинская школа

Сегодня хочу поделиться романтически-геологической зарисовкой из Карелии. Не помню, в какие сезоны, в какие года, впрочем, здесь это и не важно.

Школа в Лехте, в которой мы расположились, была двухэтажным, деревянным, но на самом деле уникальным зданием. Там находилось очень много классных комнат, только в некоторых из них мы жили или, скажем так, спали. Но особенно вспоминается мне чердак лехтинской школы. Его пол являлся потолком для второго этажа. Он был посыпан каким-то шлаком. Чердак со стропилами, там всегда было сухо, немножко пыльно, но очень романтично!
Вспоминаются, например, какие-то наши геологические посиделки, которые завершались разбивкой на пары (как обычно бывает в геологии, в те редкие полевые сезоны, когда есть девчонки-практикантки или вообще просто девчонки). Рано или поздно та или иная пара оказывалась на чердаке, где читались замечательные стихи, где в окошко, которое обычно называется слуховым, можно было видеть звезды, и в какой-то момент времени приплывала Кассиопея. Кто не знает или не помнит – это созвездие похожее на латинскую букву «W». Так вот, когда Кассиопея светит в окошко, рядом с тобой сидит девушка, с которой, может быть, никогда в городе даже и не встретитесь, но сегодня особый случай, и она вдруг берет твою голову, поворачивает к себе, и ты думаешь – сейчас начнет тебя целовать... Не тут то было! Она поворачивает голову и в твое ухо очень волнующе, очень трепетно вдруг читает стихи Анны Ахматовой «Сероглазый король»:

Слава тебе, безысходная боль!
Умер вчера сероглазый король.
Вечер осенний был душен и ал,
Муж мой, вернувшись, спокойно сказал:
«Знаешь, с охоты его принесли,
Тело у старого дуба нашли.
Жаль королеву. Такой молодой!..
За ночь одну она стала седой».
Трубку свою на камине нашёл
И на работу ночную ушёл.
Дочку мою я сейчас разбужу,
В серые глазки ее погляжу.
А за окном шелестят тополя:
«Нет на земле твоего короля...»


Ты смотришь на Кассиопею сквозь слуховое окно крыши школы поселка Лехта в Карелии, горячие девичьи губы шепчут тебе в ухо «Сероглазого короля», и ты понимаешь, что тебя ждет в этой жизни что-то очень прекрасное, может быть, не такое печальное, как у «Сероглазого короля» Ахматовой, но в то же время что-то очень замечательное...
А потом вдруг раздается скрип, и ты видишь, как из-за других стропил появляется фигура твоего: а) однокурсника; б) товарища по практике; в) товарища по полевой партии и, похоже, он тоже не один. И тогда ты понимаешь, что твое время Кассиопеи прошло, ты должен взять свою девушку за руку, аккуратно свести ее с чердака через чердачный люк, чтобы дать возможность другим смотреть на Кассиопею, мечтать, думать, может, влюбляться, а может быть, просто ощущать, что жизнь хороша!
Миронов С.М.

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Поездка в Сибирь. часть 1.

«Поезд тронулся. Перрон серой змеей заскользил за окном и оборвался: змее отрубили голову – я уезжаю из Ленинграда». Так начиналась моя запись о поездке в Сибирь, сделанная примерно через год после той эпопеи. Рукопись, которую я назвал – ни много ни мало – как «Исповедь», куда-то безвозвратно исчезла, но что интересно, начало той самой исповеди почему-то запомнилось, и сейчас я его привел абсолютно дословно.

Эта история приключилась в 1970-ом году. В 1969-ом, осенью, после того как мы с Толяном ушли из девятого класса, узнав, что в Питере есть Индустриальный техникум, в котором открыт факультет «Геофизические поиски и разведка полезных ископаемых». Узнали мы об этом только в девятом классе, иначе бы ушли в техникум после восьмого. Одним словом, 1 сентября 1969 года мы с ним были студентами индустриального техникума, который находился на улице Толмачева – сейчас это улица Караванная. Эта улица идет от цирка мимо Манежа, мимо кинотеатра «Родина», выходит на Невский, практически прямо напротив Дома пионеров. Налево – в нескольких буквально сот метрах Аничков мост, направо – недалеко Елисеевский магазин, площадь Островского, Садовая, Гостиный Двор. Одним словом – самый центр города.

Первый семестр мы окончили неплохо, сдали все экзамены, на каникулах сходили в лыжный поход в Карелию с ночевками, начался второй семестр. Один из наших однокурсников, который уже отслужил в армии, устроился работать дворником недалеко от БКЗ «Октябрьский». Ему дали служебную отдельную однокомнатную квартиру, вход в комнату был прямо из подъезда, а через комнату можно было пройти на кухню, в углу которой из досок был выгорожен туалет. Эти детали хорошо помнятся, потому что каждый день в 5-6 утра мы все вместе по специальному графику лед кололи, а осенью листья мели, а затем грелись на квартире чаем, а иногда и не только чаем. Зато на заработанные нашим однокурсником деньги мы иногда по-студенчески кутили. Жизнь была веселая, студенческая, не буду вдаваться в подробности.

Потом что-то на меня нашло, и я надумал вдруг где-то в феврале, по-моему, после моего дня рождения (а стукнуло мне семнадцать годиков) навсегда уехать куда-нибудь в Сибирь, устроиться в геологическую партию и гори синим пламенем и техникум, и Ленинград, и все друзья – надо срочно начинать серьезную, взрослую, полевую, геологическую жизнь. Одним словом – типичные проблемы переходного возраста плюс юношеский максимализм.
Collapse )