Сергей Миронов (sergey_mironov) wrote,
Сергей Миронов
sergey_mironov

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Десантные будни. Утро.

Поделюсь еще одной страницей из моих армейских воспоминаний.
Промозглый январь, на улице темно и, конечно же, очень холодно. Почему-то запомнилось, что температура все время была где-то около нуля – то плюс один, то минус один, то немножко побольше. Снег выпадал редко и если он выпадал за ночь, то вместе физической зарядки мы отправлялись чистить плац, что, кстати, было даже, как сейчас говорят, в кайф.

Я еще в первой экспедиции привык всегда просыпаться хотя бы за 5 минут до того, как тебя разбудят либо зазвенит будильник – до сих пор всегда у меня именно так. И, когда звучала команда «Подъем!», практически никогда я уже не спал, а лежал, мысленно готовясь и содрогаясь от необходимости из-под теплого одеяла (хотя какое оно теплое? - обычное тонкое, байковое, но как-то вроде не мерзли) выскакивать сначала в расположение казармы, а потом на улицу.

Итак, обычное утро начиналось так – 6:00, «Рота, подъем! Выходи строиться на физическую зарядку, форма одежды номер три: голый торс и в рукавицах!». Это не шутка – это действительно была стандартная форма одежды номер три. Даже при минусовой температуре мы бегали (а зарядка начиналась с 3-километрового кросса), а потом занимались на спортгородке именно с голым торсом. А варежки солдатские с одним большим пальцем нужны были для занятия на турнике, потому что без варежек кожа прилипала бы к холодному железу со всеми вытекающими последствиями. А эта знаменитая «форма номер три» у нас, у курсантов, транслировалась вот в такую команду: «Рота, подъем! Выходи строиться на физическую зарядку, форма одежды номер три: трусы в скатку и в рукавицах!» Кстати, много-много лет спустя, в геологии, да даже и сейчас, особенно когда страшный недосып и когда просто нет никаких сил встать, я сам себе командую именно так. Очень помогает.


Вот, ежась, мы выходим на плац, строимся в колонну по три, старшина или кто-то из сержантов командует: «Направо! Бегом, марш!». И мы бежим, бежим по асфальтовой дороге полтора километра до самоходки, как мы это называли – дорога упиралась в другую учебку, где учились десантники-артиллеристы, и перед воротами их части на круглой клумбе стояла маленькая самоходка. Как раз до нее было ровно полтора километра, мы ее обегали и потом бежали на спортивный городок.

Кстати, не сочтите за моветон, но из песни слова не выбросишь, и внимательный читатель наверняка заметил, что сразу же после подъема то, что мы обычно делаем по утрам, как-то не просматривалось, потому что сразу выгоняли на улицу. Поэтому, отбежав примерно с полкилометра от части, сержанты командовали: «Рота, стой! Три минуты оправиться». И, шумной ватагой, ломая строй, мы мчались в лес у дороги выполнять соответствующую команду. А потом бег продолжался. Остаться в лесу, рассчитывая на обратном пути присоединиться, не получалось – ну, во-первых, за то время пока мы бегаем, без движения с голым торсом много в лесу не просидишь, а во-вторых, бдительные сержанты, сами в недавнем прошлом будучи курсантами, прекрасно знали все наши хитрости и уловки.

По возвращении в расположение нужно было быстро умыться, почистить зубы, а самое главное – тщательно заправить свою койку. Причем это было целое искусство. Нужно было подбить рантик, чтобы одеяло, специальным образом натянутое на матрас, выглядело не каким-то блином, а имело строго прямоугольную, с прямыми гранями, с торцов, форму. Грани подбивались с помощь табуретки. Табуретка опрокидывалась ножками кверху, двигалась одной рукой вдоль края одеяла и матраца, а другая рука подбивала снизу одеяло, делая прямой угол. И на все это уходили считанные секунды.

Tags: ЧЁТКИ ПАМЯТИ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments