Сергей Миронов (sergey_mironov) wrote,
Сергей Миронов
sergey_mironov

ЧЕТКИ ПАМЯТИ. Поездка в Сибирь. Часть 5

Доехал я до Тайшета, там спокойно пересел и примерно часов в восемь вечера я оказался в том самом «Гидростроителе». Мороз стоял градусов под 40, ботиночки-то у меня хоть и назывались зимними, но я не раз вспомнил про те, которые остались в спертом чемодане – да только что же делать? И стал я бегать по поселку (причем именно поселку), приставать к редким одиноким прохожим с вопросом, где тут такая улица – на «М» начинается и на «ская» кончается, причем точно помнил, что это не «Московская». Никто не знал.

Бегал я, наверное, часа два. И, судя по всему, не только замерз, но и простыл. Не найдя эту «М….скую» улицу, проклиная все на свете, я вернулся в здание вокзала. Оно представляло собой павильон, к счастью, отапливаемый печкой, со стандартными деревянными креслами-сидениями (хорошо, что без поручней – на них можно было вытянуться). На одной из скамеек так уже развалился какой-то мужик. Я улегся и провалился в никуда.

Проснулся я от того, что меня тормошили милиционеры. Вдруг почувствовал, что как будто я пьяный – а на самом деле меня бил кашель и, видимо, поднялась очень высокая температура. Все плыло, сам я шатался. Милиционеры сначала меня действительно приняли за пьяного. Я показал им паспорт, они посмотрели на мою ленинградскую прописку. Я им сплел какую-то историю, сейчас уже не помню, какую, они меня и оставили. Так как это была станция конечная, поезд стоял в тупике, и я знал, что где-то в 8 утра пойдет этот поезд-подкидыш до Тайшета.


Когда поезд подали, шатаясь, кое-как забрался в вагон. Проводница, стоя у дверей вагона, притопывая ногами от мороза, спросила: «Билет-то есть?» «Есть, есть», – сказал я и гулко постучал себя по тому месту, где во внутреннем кармане лежал атлас железных дорог. Почему-то это глухое постукивание убедило проводницу, а может, не хотелось ей на морозе руки из варежек доставать, одним словом – я проскользнул. Я был практически первым в вагоне. Отошел, чтобы быть не в последнем отсеке, но и подальше от тамбура, рядом с которым купе проводницы, залез на третью полку и стал думать, что дальше делать.

Во-первых, понял, что действительно заболел и, похоже, серьезно. Во-вторых, понял, что никакого Усть-Илимска мне не видать. А, в-третьих, я понял, что больше всего на свете хочу в Ленинград. И тут спасательным кругом в памяти всплыли слова моего дорогого единственного друга Толяна, который как в воду глядел, говоря «я тебя буду ждать». Я знал, что Толян никогда не попрекнет меня тем, что я вернулся. Просто он действительно очень этого хочет. И потом, наверняка, чувствовал нутром, что так оно и случится. И, приняв решение, что я возвращаюсь домой, мне стало так легко и так хорошо, что я повалился на эту деревянную полку и заснул.

Проснулся от того, что меня даже не проводница, а уже контролеры стаскивали за ногу. У меня были часы, я глянул на них и понял, что еду уже где-то часа три или четыре. А еще заметил, что снизу за происходящим с удивлением наблюдает семья: мама, дочка – девчонка моих лет (причем голодный-голодный, больной-больной, а успел заметить, что симпатичная) и братишка ее, наверное, лет пяти. Как раз присутствие симпатичной девчонки почему-то сподвигло меня на поведение некого такого бывало урки. И я начал всякими словами (правда, не матом – в присутствии женщины я никогда бы этого не смог), но, тем не менее, очень грубо отпихиваться, отбрехиваться от них. Они меня потащили в тамбур, где две женщины-контролера, взяв мой паспорт, с удивлением прочитав, что я из Ленинграда, сказали: «Слушай, ты же ленинградец, что же ты ведешь себя так?» Мне стало ужасно стыдно.

Я им рассказал как есть, сказал, что пытался искать счастья в Сибири, чемодан украли, денег нет, еду домой к маме. При словах, что «еду к маме», сердобольные женщины только что не всплакнули, сказали: «Иди, сынок, садись, только веди себя достойно, как и подобает ленинградцу». А нужно сказать, что ленинградцев всегда уважали, в том числе за вежливость. И потом в геологии я это очень хорошо понял.
Вернулся, но, конечно, не стал садиться там, где сидела та семья.

Продолжение следует.
Ваш Сергей Миронов


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments