Сергей Миронов (sergey_mironov) wrote,
Сергей Миронов
sergey_mironov

Category:

Поездка на Байконур, 12 октября

Где-то в конце сентября ко мне приехал Юрий Лончаков – космонавт, Герой России, полковник ВВС, командир Отряда космонавтов (402-й космонавт мира, 94-й космонавт России).

Я знаю его уже много лет. В 2003 году по его приглашению я был в Звёздном у него в гостях, с тех пор мы довольно регулярно встречались, перезванивались. Юра дважды был в космосе. И вот, когда он пришёл в очередной раз, он пригласил меня на старт нового экипажа, который летит на международную космическую станцию, а с ним ещё двое американцев, и командиром этого космического корабля назначен Юрий Лончаков. Старт назначен на воскресенье, 12 октября.
Я посмотрел свой график и понял, что могу принять это приглашение. В 2003 году я уже был на "Байконуре", тоже наблюдал старт ракеты, на всю жизнь осталось потрясающее впечатление от увиденного и услышанного, но прошло уже пять лет, и я с большим удовольствием согласился.

"Байконур" – один из крупнейших космодромов мира. На космодроме находятся 9 типов стартовых комплексов в составе 15-ти пусковых установок для запусков ракет-носителей, 4 пусковых установки для испытаний межконтинентальных баллистических ракет, технические позиции, измерительные пункты.

Космодромом производится в среднем около 50 процентов всех запусков космических аппаратов России, а по суммарной массе выводимых полезных нагрузок – более 80 процентов, в том числе 100 процентов запусков на геостанционарную орбиту.

И вот 11 октября в 16 часов я вылетел из Москвы. Где-то в девять часов местного времени (а разница во времени плюс 2 часа) прибыл в Казахстан в аэропорт "Крайний" под Байконуром. Экипаж космического корабля в составе Юрия Лончакова, Финка Майкла (433-й астронавт мира, 272-й астронавт США) и Гэрриотта Ричарда, накануне около восьми вечера 11-го октября по традиции, которая идёт ещё от полёта Юрия Гагарина, посмотрел художественный фильм "Белое солнце пустыни" – это обязательно. Потом был легчайший ужин и где-то часов в десять они легли спать. В три часа ночи подъём и начинаются специальные медицинские процедуры перед полётом. Но если по-простому, когда космонавты надевают скафандры, то потом скафандры они снимут только часов через семь уже на орбите, а за весь этот промежуток времени они практически ничего не едят и не пьют.

Мы встали тоже рано и должны были ехать на площадку 254. Там, где мы ночевали, это место называется "Двойка". Сам город Байконур – это "Десятка", а дальше все площадки имеют те или иные номера. На площадке 254 находится Монтажно-испытательный корпус. Но утро наше началось с посещения знаменитой беседки, где в 1961 году Государственная комиссия принимала решение о том, кто будет первым космонавтом в истории человечества. Дорога к беседке очень живописная.

Вот такая мемориальная доска установлена у беседки.

А вот и сама беседка, которая стоит на берегу реки Сыр-Дарья.

А вот и сама полноводная река, в которой отражается уже довольно высоко поднявшееся солнце.

Кстати, интересно, что у казахов в древних эпосах упоминается об этой земле и там говорится о том, что первая половина названия реки Сыр – это место, где будут происходить чудеса или удивительные вещи. Этим предсказаниям несколько сот, а может и тысяч лет. Нынешнее поколение казахов трактует это как предсказание того, что здесь будет космодром и здесь регулярно со второй половины двадцатого века происходят действительно удивительные вещи – старты космических кораблей. 
 

А вот так выглядит тот самый Монтажно-испытательный корпус.


По дороге я с увеличением снял один из объектов слежения за космическими аппаратами.


На площадке 254 меня встретил глава Федерального космического агентства Анатолий Николаевич Перминов и президент Ракетно-космической корпорации имени С.П.Королёва "Энергия", Генеральный конструктор Виталий Александрович Лопота. Через несколько минут нас пригласили в зал, который разделён пополам стеклянной перегородкой и за этой перегородкой мы должны были увидеть экипаж уже в скафандрах и дублирующий экипаж. Как я уже говорил, для Юрия Лончакова это уже третий полёт в космос, для Финка Майкла (бортинженера, американского астронавта) – это тоже уже не первый полёт, а вот для Гэрриотта Ричарда (его можно назвать космическим туристом) – это первый полёт. Очень интересная деталь, дело в том, что Гэрриотт Ричард – сын американского астронавта Гэрриотта, который летал ещё в 60-х. Но это ещё не всё. Как я уже писал, этот экипаж во главе с Юрием Лончаковым (а если быть точнее, Юрий Лончаков и Финк Майкл) должен сменить нынешний экипаж на МКСе, который там работает уже полгода. Так вот, сейчас в космосе на МКСе работает Сергей Волков – сын советского космонавта Волкова. И в эти дни на борту МКСа работают два сына двух астронавтов – российского и американского. И где-то через десять дней после стыковки двум сыновьям двух астронавтов предстоит вместе в одном корабле спускаться на землю. Вот как выглядит экипаж, который я увидел за стеклянной перегородкой. 

Рядом дублирующий экипаж.

Космонавтам были сказаны добрые слова напутствия. Каждый из них ответил, все говорили по-русски. Прежде чем встать и идти готовиться к посадке в автобус, космонавты по доброй традиции свели вместе на счастье сжатые кулаки.

Я видел, что Юрию очень приятно, что я приехал, и когда они уже встали, он персонально для меня сделал "пять".

Мы вышли во двор, встали в конце выделенной белой полосой дорожки, по которой пойдут космонавты. И вот они появились и начали движение к нам.


Юрий Лончаков рапортует председателю Государственной комиссии Перминову о готовности экипажа к полёту.

Здесь я должен сказать, что традиций у космонавтов очень много и все они неукоснительно выполняются каждым экипажем. Накануне вечером, вернее даже днём, перед просмотром фильма, экипаж обязательно сходил в музей и расписался на специальной фотографии с гагаринским стартовым комплексом. Когда экипаж сел в автобус, мы поехали вперёд встречать их уже у космического корабля – стартового комплекса номер 2, он так и называется "Гагаринский". Именно отсюда 12 апреля 1961 года стартовал Гагарин. Вот одна из любопытных традиций. Где-то на середине проезда (а всего от 254-ой площадки до стартового комплекса километра три-четыре) автобус останавливается, космонавты выходят и, простите, справляют малую нужду, причём это не потому, что им это очень хочется сделать, а такова традиция и делают это они все в одном и том же месте.
 
Если вы обратили внимание, когда космонавты идут к автобусу, а потом к кораблю, в руках у них чемоданчики. Это ничто иное как переносной кондиционер, потому что иначе в скафандре будет очень жарко, поэтому туда поступает специальный обдув. Вот экипаж выходит из автобуса, каждому из них помогают, потому что скафандр довольно тяжёлый (он приспособлен для невесомости) и в нём космонавты несколько неуклюжи.

Юрий рапортует ещё раз о готовности, а вот Гэрриотт заметил своего отца и видно, как он счастливо ему улыбается.

Когда мы ждали автобус, прямо на стартовом комплексе перед ракетой я сфотографировался с астронавтом Гэрриоттом (отцом Ричарда).
 
А вот фотография там же с Анатолием Николаевичем Перминовым (в центре) и с Виталием Александровичем Лопотой (справа).


А вот она красавица-ракета на старте.

Ракета "Союз ТМА" состоит из трёх ступеней. Топливом является специальной очистки керосин и окислитель – жидкий кислород, поэтому ракета на старте как будто бы вся покрыта инеем и немножко парит. 

После доклада у автобуса космонавтов, бережно поддерживая под руки, подводят к лесенке, ведущей на лифтовую площадку у основания ракеты. Прежде чем они вступят на первую ступеньку, исполняется ещё одна традиция – руководитель полётов делает "напутственный" хлопок космонавту по "пятой точке" (тоже нарушать нельзя!). И вот уже на лестнице космонавты разворачиваются лицом к провожающим,

машут руками и скрываются в кабине лифта.

Поднявшись в лифте в кабину непосредственно космического корабля, космонавтам предстоит устроиться в специальных креслах, в которых они занимают положение подобное ребёнку в утробе матери (так называемое "эмбриональное"). Правда, американцы стартуют в обычных креслах, но наша медицина утверждает, что именно в таком эмбриональном положении перегрузки переносятся лучше всего. До старта остаётся примерно два с половиной часа.
 
Прежде чем продолжить рассказ (а дальше мы поехали вновь в Монтажно-испытательный корпус, где в цехах посмотрели, как собирается ракета), я хочу рассказать об интересной технической детали, но сначала ещё раз о конструкции корабля. Как я уже сказал, у корабля "Союз ТМА" три ступени. Первая ступень – это фактически четыре топливных бака, которые оканчиваются соплами двигателей, которые как бы "приклеены" к нижней части второй ступени (как "морковки". Вторая ступень состоит из двух частей и заканчивается также двигателями. В нижней части находится керосин, в верхней – окислитель (кислород). Собственно говоря, в каждом из четырёх "морковок" первой ступени – в нижней части керосин, в верхней – окислитель. Третья ступень также состоит из двух баков и двигателей. И уже над третьей ступенью непосредственно космический аппарат, который завершается своеобразной штангой, на которой

видны четыре колокольчика, похожие на громкоговорители. На самом деле, это четыре сопла аварийных двигателей. Дело в том, что никто не застрахован от той или иной нештатной ситуации прямо на старте. И на этот случай предусмотрено включение аварийных двигателей: сам космический корабль отрывается от всех трёх ступеней, взлетает на несколько километров вверх, а потом открываются парашюты и в спускаемом аппарате космонавты (примерно также, как когда они возвращаются из космоса) приземляются. Как это приводится в действие? И вот здесь самое интересное. Конечно, существует телемеханика, всевозможная электроника, но принять решение о том, что ситуации внештатная и дать команду на аварийный отрыв космического корабля доверяют только человеку, вернее, двум, они называются "пускающие". В специальном бункере, который находится буквально рядом со стартовой площадкой под землёй (там же находится Руководитель полёта), примерно на расстоянии в десяти метрах друг от друга находятся "пускающие". Через специальные перископы, похожие на перископы подводных лодок, "пускающие" непрерывно смотрят за ракетой. При этом один из пальцев их руки (вероятно, большой) находится на специальной кнопке. Если "пускающий" видит, что что-то идёт внештатно, он нажимает на кнопку, но при этом говорит контрольное слово-пароль. Если второй делает то же самое, включаются аварийные двигатели и космический аппарат с космонавтами в тысячную долю секунды уходит в воздух. За всю историю космонавтики такой аварийный пуск пришлось сделать однажды в 1983 году. Говорят, тогда контрольным было слово "Кавказ". (Я, кстати, подумал: "Почему такая экзотика?" А, вероятно, такое слово в обыденной речи при запуске ну никак нельзя сказать, чтобы не было путаницы) И вот когда пошла нештатная ситуация, один из "пускающих" нажал кнопку и крикнул: "Кавказ!" А второй на доли секунды замешкался и первый орал "Кавказ!!!" до тех пор, пока второй не нажал аварийную кнопку. Космонавты, находящиеся в корабле, оторвалась от земли, и катапультировались через две минуты на землю. Кстати, тогда их было двое, я не помню их фамилий. Но потом через какое-то время они всё равно слетали на таком же корабле в космос. Нужно отдать им должное: легко можно представить их состояние при таком аварийном катапультировании. Вот такая интересная история была мне рассказана на космодроме.
 
А вот как выглядит ракета издалека.

Пока космонавты проводили все регламентные работы, мы вновь поехали в Монтажно-испытательный корпус и ходили по цехам. Огромных пять цехов, где стоят стапеля. 
 
А вот как раз ракета по частям. Это одна из "морковок" первой ступени.

Это две части второй ступени.

На переднем плане на этой фотографии третья ступень.

А вот так выглядят сопла двигателей второй ступени.

Уж больно они красиво смотрятся, окрашенные красным цветом, поэтому ваш покорный слуга не удержался и сфотографировался на этом фоне.

 А это обтекатель для другой ракеты "Прогресс".

Кстати, все эти цеха находятся на площадке 112-ой. 
 

Затем мы поехали смотреть музейный комплекс космодрома "Байконур". Совсем недавно, не более года назад, музей пополнился уникальным экспонатом, который стоит на улице. Это знаменитый "Буран", настоящий, абсолютно натуральный.

Мы зашли внутрь – огромный грузовой отсек, который не герметичный и в котором по замыслу конструкторов можно было до трёх космических аппаратов-спутников выводить на орбиту. Вместе с Анатолием Николаевичем мы сфотографировались внутри на фоне одного из таких спутников.

Потом мы прошли через специальный люк в бытовой отсек, где устроен мини-кинотеатр и посмотрели фильм о создании "Бурана". Несколько фотографий я сделал прямо с экрана. Качество плохое, но на одном запечатлен момент посадки в автоматическом режиме "Бурана" ,

а на другом – момент транспортировки "Бурана" из Подмосковья на самом большом в мире самолёте "Мрия" на Байконур.

Потом по лесенке мы поднялись в кабину пилотов. Экипаж предусматривался в составе двух человек. И вот я играю в космонавтов.

В музее очень много уникальных экспонатов, и, в частности, на следующих двух фотографиях первая советская электронно-вычислительная машина.


Это катапультируемое кресло пилота с манекеном космонавта.
 
А это настоящий мундир Юрия Алексеевича Гагарина.

Затем мы поехали на наблюдательную площадку 18, она находится на расстоянии двух километров от стартового комплекса. На этой фотографии слева от меня виден такой маленький, беленький карандашик на горизонте – это и есть та самая ракета на стартовом комплексе.

Я сделал максимальное увеличение на фотоаппарате, поэтому с учётом того, что там ещё и парит вокруг ракеты, такой не очень чёткий контур, но вот так ракета выглядит за минуту до старта.

Где-то секунд за сорок до старта отходит последняя ферма.

Кстати, обратите внимание: уходит предпоследняя ферма. В нижней части ракеты, примерно там, где заканчиваются "морковки" мы видим своеобразное кольцо на таких фермах, которые обхватывают ракету. Это, кстати, уникальная конструкция. Дело в том, что ракета "висит" на этом кольце и это кольцо смыкается именно под тяжестью ракеты. Когда ракета начнёт стартовать и перестанет давить на эти полукольца (на противоположной стороне этих ферм установлен противовес и как опрокидывающееся коромысло эти кольца разойдутся в разные стороны), ничто не будет её удерживать. Вот такая интересная и очень простая конструкция была придумана ещё Королёвым.

Все команды мы слышали по громкоговорящей связи. И вот дана команда "Старт!" Мощный рокот и гул пошёл по земле. Справа от ракеты, где сделан огромный бетонный отвод для газов, появилось огромное облако дыма и пыли

 и через долю секунды ракета сначала медленно, но потом всё ускоряясь отрывается от земли и устремляется в небо.


На 118-ой секунде отделяется первая ступень (те самый четыре "морковки"), примерно на 320-ой секунде отделяется вторая ступень. Кстати, как меня научили на космодроме, очень легко запомнить округлённо: два-пять-девять. Примерно через две минуты – отделение первой ступени, примерно через пять минут – второй, и через девять минут – третьей. Причём в невесомости космонавты уже во время отделения второй ступени, тогда они находятся на высоте где-то более ста километров. А при отделении третьей ступени они практически находятся на околоземной орбите. Вот момент отделения первой ступени.

И вот то, что с увеличением мог взять мой фотоаппарат, крайняя фотография (лётчики и вообще военные не любят слово "последняя", всегда говорят "крайняя"), так вот, крайняя фотография.

Даже не традиция, а просто естественное правило: после того, как ракета стартует и уходит в небо, никто не радуется, никто никого не поздравляет, все ждут – ждут команды по отделению третьей ступени и о выходе космического корабля на орбиту, только тогда начинаются крики "Ура!", обнимания, поздравления. Кстати, на Байконуре мне рассказали о том, как китайцы приглашали наших специалистов на запуск своего первого космического корабля с экипажем и когда китайская ракета только-только оторвалась от стартового ствола, китайцы стали ликовать и выпивать шампанское, что вызвало большое удивление и даже недоумение у наших, и они пытались объяснить китайцам, что надо подождать, чтобы космический корабль успешно вышел на орбиту, но китайцы этого не понимали, они радовались как дети, что их корабль полетел.

Ещё одна традиция. В день старта и до выхода космического корабля на орбиту никто никогда не вспоминает о каких-либо неудачах. И только на обратной дороге в аэропорт мне рассказали о том, что 24 октября 1960-го года была страшная катастрофа. Это, видимо, были пробные пуски перед запуском человека в космос. Так вот, в тот злополучный день ракета взорвалась на старте, погибли почти 180 человек, в том числе один из высоких военачальников, руководитель полётов. Самое страшное и в то же время необъяснимое, но ровно через три года (день в день) 24 октября 1963-го года при запуске ракеты из шахты вновь происходит взрыв и снова были человеческие жертвы. С тех пор никогда 24-го октября не производят запуск, более того, даже каких-то мало-мальски значимых регламентных или технических работ на космодроме не делают. Вы скажете – суеверие, может быть, но согласитесь, явно идёт в разрез с известной истиной, что дважды снаряд в одну и ту же воронку не попадает. Так что я очень хорошо понимаю всех сотрудников космодрома.

В завершении, опять сказать, что запуск – это зрелище потрясающее, наверное, ничего не сказать. Когда ты видишь, как плоды ума и рук человеческих уносят человека в космос, ты понимаешь, как мы далеко ушли и от паровых машин, и от первых аэропланов. И когда в программе развития космоса России в качестве грядущих, но вполне рядовых планов я читал и о полётах на Луну и на Марс, я понимал, что это будет намного скорее, чем нам сегодня кажется, и это тоже станет обыденностью.
 
Жаль, что сегодня запуски пилотируемых кораблей стали довольно рядовым событием, и мы не знаем поименно всех наших космонавтов, не следим за их успехами, либо какими-то проблемами, которые время от времени возникают на МКСе, либо при запусках. Мы привыкли. Но всё-таки к этому чуду и к этому величайшему прорыву человеческого гения, наверное, привыкать неправильно. Пожелаем Юрию Лончакову, Финку Майклу, Гэрриотту Ричарду и их товарищам на МКСе успехов, удачи, только штатных ситуаций и, конечно, возвращения на родную землю.
Tags: ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments