Сергей Миронов (sergey_mironov) wrote,
Сергей Миронов
sergey_mironov

ЧЁТКИ ПАМЯТИ - (Как я научился плавать)

На этой неделе, когда в Москве началась июльская жара и страждующие горожане ищут любые водоёмы – хотят искупаться, мне вспомнилась история-быль, как я научился плавать. Я уже рассказывал начало этой истории - теперь она полностью.

КАК Я НАУЧИЛСЯ ПЛАВАТЬ
Жил я в Пушкине (Царское Село), на самой окраине города на улице Красная Артиллерия, дом 30. У нас был большой дом в четыре подъезда, трёхэтажный. Через дорогу напротив была огромная детская площадка с футбольным полем, с качелями, беседками, горками, песочницами для малышей. За детской площадкой – несколько домов частного сектора, сараи, а за ними начиналось поле. Иногда на нём что-то сеяли, но чаще там просто росли клевер, ромашки, васильки, колокольчики. В поле было много земляники, особенно в овраге, до которого примерно три километра.

Купаться мы ходили в Екатерининский парк. Шли по улице Огородной, катя перед собой надутые камеры, желательно от грузовиков, громко галдя, радостно предвкушая купание в большом пруду парка. Заходили в калитку, в которую упиралась улица Огородная, и буквально через тридцать метров оказывались на небольшом мыске, в правой части которого лежали шлюпки, на которых курсанты военно-морского училища имени Ленина, находящегося через дорогу от парка, отрабатывали навыки гребли. Шлюпки, кстати, всегда охранялись часовым под "грибком".

Мы располагались рядом на газончике, который обрывался прямо в пруд (к концу лета газончик мы хорошо вытаптывали, но мы на это внимание не обращали), скидывали одежду и, как сейчас бы сказали, в семейных трусах сигали в воду. У берега было примерно по пояс, так можно было пройти по шею где-то метра три-четыре от берега, дальше становилось глубоко – нужно было плыть.

Большинство моих друзей, такое ощущение, что плавали чуть ли не с рождения и очень многие доплывали до Чесменки (по середине пруда стоит Чесменская колонна с орлом наверху, с рострами – носами кораблей по колонне, и с большой площадкой на высоте примерно 4-5-ти метров, на которую можно было забраться по немножко наклонным стенам, выложенным гранитными плитами с глубокими прорезями, которые, собственно говоря, и являлись своеобразными ступенями).

Я с тоской и завистью смотрел на своих друзей, которые кто кролем или саженками, как мы называли, кто брасом, а кто просто по-собачьи, кто-то быстро, а кто-то очень медленно, но доплывали до Чесменки. А я плавать не умел, поэтому изображал, что мне на Чесменку вовсе даже не хочется, плескался в камере, даже на ней боясь далеко отплывать от берега.

И так было и после первого класса, и после второго, и после третьего, одним словом – аж до шестого. И вот после шестого класса для меня мама получила от военного училища, в котором работала, путёвку в Карелию в Лахденпохский район, как сейчас помню – почтовое отделение Хуонхомяки или что-то в этом духе. Ехать нужно было на поезде с Финляндского вокзала.

И вот на площади перед вокзалом выстраивались будущие отряды пионерского лагеря. Как потом оказалось, лагерь решили разместить в военном городке Ленинградского военного округа, по-моему, в тот сезон это был первый и последний лагерь в военном городке. Когда расселись в вагоне, оказалось, что из Пушкина, да, похоже, и из училища, ну уж тем более с нашей улицы и двора я был один. Начали знакомиться. Мальчишка я был бойкий, за словом в карман не лез, когда подъехали к тому самому Хуонхомяки, я уже был заводилой или, как сейчас бы сказали, неформальным лидером.

Когда мы выгрузились и на автобусах нас привезли в военный городок, оказалось, что жить мы будем в двух- или трёхэтажной каменной казарме. Места кругом живописные. Военный городок находился на берегу огромного, красивого озера.

Когда нас разбили наконец-то по отрядам, уж не помню, в каком отряде я оказался, поселили в огромную комнату, где стояли в один ярус, наверное, коек сорок. Оказалось, что кроме тех, кто приехал из Ленинграда, в этом же лагере (в частности, в нашем отряде) есть несколько пацанов – детей военнослужащих именно этой воинской части, то есть местные.

Буквально чуть ли не на второй день местные говорят: "А что, ребя, айда купаться вместо "тихого часа" на озеро?!" Нарушать распорядок – это было по мне, только при слове "купаться" сердечко-то у меня ёкнуло. Уже второй день я был непререкаемым авторитетом и, можно сказать, душой компании, и тут вдруг я почувствовал, что меня ждёт ужасное фиаско – все бросятся в озеро (какое оно там – глубокое, не глубокое – я не знал), а я покажу, как говорится, что не орёл, но отступать некуда.

С воодушевлением поддержал местных, и вместо "тихого часа", когда воспитатели ушли, мы тихонечко, причём, по какой-то запасной лестнице, о которой знали только местные, спустились и бегом направились к озеру. Добежав до берега, а это был даже пляж с песочком, я увидел, что метров на сто от берега то там, то сям разбросаны камни – огромные валуны, которые торчат из воды. Иногда между ними было буквально 2-3 метра, иногда метров 10-15. Я решил, что эти камни как раз мне здорово помогут. Сказать, что просто не умею плавать, я не мог. Если увидят, что я плохо плаваю, ну мало ли – все плавают как умеют. Вот они живут здесь на озере, конечно, у них больше возможностей научиться плавать, а где я в Пушкине? – только в Екатерининском парке, да и то далеко на каждый день.

Одним словом, решил: будь, что будет, когда все бросились в воду, бросился и я. Оказалось, что глубина начинается почти сразу же. Как я оказался у первого камня, который был метрах в десяти от берега, помню смутно. Но в то же время понял, что не по дну шёл, а как-то барахтался, что-то делал руками и ногами. А мальчишки – кто-то залезал на камни, кто-то нырял, в общем, никто не обращал ни на меня, ни друг на друга внимания.

Набравшись духу, я оттолкнулся от камня, наметил ближайший, но дальше от берега, камень метрах в 15-ти и как-то барахтаясь (видимо, на одном самолюбии) доплыл и до него. Дальше в этот раз я не рискнул. Таким же манером поплыл обратно к берегу. Кстати, так как барахтался я довольно долго, когда вылез, уже большинство были на берегу, выжимали трусы, готовясь одеваться. Никто ничего не сказал. Все видели, что я сиганул в воду вместе со всеми, где-то там между камнями плавал. Одним словом – всё нормально.

К концу смены я прямо от берега мимо камней, не останавливаясь, доплывал до самого дальнего камня, до него было метров сто, и плыл гордо, теми самыми саженками или кролем (что-то я подглядел у мальчишек, чему-то научился сам). Самое главное – я больше не боялся воды и понял, что умею плавать.

Смена, кстати, была очень весёлая. Недалеко в скалах мы обнаружили огромные даже не пещеры, а целые штольни. До войны и во время неё это была финская территория, судя по всему, тут были ещё и немцы, потому что мы видели внутри на электрощитках свастику с орлом. Местные говорили, что здесь был подземный военный завод. Всю смену мы либо бегали тайком от пионервожатых купаться, либо изучать эти катакомбы. Как я уже сказал, было здÓрово весело.

И вот возвращаюсь я в родной Пушкин. Лето ещё в разгаре и я жду, когда "народ" предложит пойти искупнуться. "Народ" себя долго ждать не заставил и буквально в первый же день мы шумной ватагой катили наши камеры по улице Огородной. Дойдя до "матросиков", как мы называли место, где купались, сбросили одежду, я первый ринулся в воду, решил даже, что может быть я побыстрей некоторых доплыву до Чесменки. Быстрей всех не получилось – доплыл третьим. Жаль, никто со стороны меня не видел – с каким гордым видом впервые в жизни я забирался по этим гранитным плитам на верхнюю площадку. А там я встал и, собственно говоря, выглядел ничуть не хуже, чем Чесменская колонна с орлом наверху, потому что весь светился от счастья.

Кстати, из моих пацанов никто ничего не заметил и не сказал, хотя я думал, что они удивятся, что я научился плавать. И только когда мы вернулись на площадку и разделились на две команды, чтобы погонять мяч, кто-то из моих друзей сказал: "Слушай, Мирон, а ты же вроде плавать не умел?" "Когда это не умел?! – гордо удивился я, подводя черту под самым грустным для любого мальчишки неумением.


Ваш Сергей Миронов.
Tags: ЧЁТКИ ПАМЯТИ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments