Сергей Миронов (sergey_mironov) wrote,
Сергей Миронов
sergey_mironov

ЧЁТКИ ПАМЯТИ - (Маньяк)

Хочу рассказать одну историю, которая приключилась со мной в юности ...
Это был 1970 год. Я учился в индустриальном техникуме в Ленинграде, а жил в Пушкине – пригороде Ленинграда. Каждое утро вместе со своим другом Толяном мы садились в электричку, ехали в Ленинград, вечером также возвращались домой.
Электричка была, можно сказать, – дом родной. Расписание мы знали наизусть, чётко понимали, когда какая идёт, с какими остановками (в Пушкине и Павловске остановки были всегда).


МАНЬЯК
И вот однажды, это было, наверное, осенью, где-нибудь конец сентября, мы с однокурсниками что-то отмечали, может стипендию, а может чей-то день рождения, не помню, но помню, что отмечали мы скромно и выпито было совсем чуть-чуть, но было. Естественно, мы припозднились и еле-еле успели в метро, чтобы успеть на последнюю электричку, которая отходила где-то около часу ночи от Витебского вокзала.
Мы прошли в четвёртый вагон, который должен был остановиться в Пушкине как раз напротив выхода к автобусному кольцу. Вагон был пустой. Сели по левую сторону: я – лицом по ходу, Толян – напротив меня. До отправления электрички оставалось где-то ещё минут семь, мы о чём-то разговаривали, обсуждали прошедший вечер, строили планы на завтра.

И тут я услышал, как сзади раздвинулась дверь в наш вагон. Толян бросил взгляд мне за спину и по его взгляду я понял: идут милиционеры (с недавнего времени вечерние электрички стали сопровождать наряды милиции). И действительно, мимо прошли два милиционера, мельком взглянули на нас и пошли дальше по вагону. Через минуту поезд тронулся, и я опять услышал, что у меня за спиной раскрылись двери и кто-то зашёл в вагон. Толян опять быстро глянул мне за спину, но почему-то его взгляд задержался, а потом он как-то быстро опустил глаза.
"Что-то не так", – подумал я.
И не успел я додумать до конца, как увидел, что рядом со мной садится какой-то мужик. Бросив мельком взгляд на него, не прекращая разговора с Толяном, я заметил, что это мужчина лет сорока с очень короткой стрижкой, и ещё я увидел какую-то наколку у него на правой кисти. В руках мужчина держал книгу. Глянув очень быстро на меня, чуть-чуть подольше на Толяна, сосед раскрыл книгу, причём раскрыл на первой странице после обложки и я увидел название «Решение дифференциальных уравнений четвёртого порядка». Сердце ёкнуло, и в груди образовалась холодная сосущая пустота: в час ночи в электричках такие книги не читают.
И ёще: вагон абсолютно пустой, какого чёрта нужно было садиться именно рядом с нами? – что-то здесь не так.

Мужик минуту тупо смотрел в название, наверное, сам с трудом соображая: чтобы это означало? Потом захлопнул книжку и без всякого перехода бодрым и весёлым голосом спросил нас: «Куда едем?» «В Павловск», – тут же ответил Толян, и я глянул на него одобрительно-понимающе: нам-то выходить в Пушкине, а Павловск – следующая остановка за Пушкином, но на всякий случай соврал Толян правильно. Следующий вопрос меня застал врасплох и это был тривиальный вопрос: «А который сейчас час?»
Я машинально глянул на свои наручные часы и тут же пожалел об этом, ответив на вопрос, я уже не сомневался, что рядом с нами сидит уголовник-рецидивист, который, может быть, только что «откинулся от хозяина», а может вообще сбежал, увидел двух «лёликов», на которых можно поживиться. И я, как дурак, тут же «засветил» свои, пусть не очень шикарные, но вполне приличные часы.

Я стал смотреть в окно, а так как за окном было темно, я видел в окне отражение немного побледневшего лица Толяна и немножко видел этого мужика. Мы с Толяном через стекло взглядами переговорили, а так как мы друзья с самого детства и уже второй год ездили так в электричке, и вообще у нас было много приключений и перипетий, мы давно научились понимать друг друга без слов.
И я понял, что он разделяет и мои опасения и мою точку зрения о том, что здесь дело не чисто и что в ближайшем обозримом будущем нас элементарно начнут грабить, а может быть даже убивать. Как-то этого не хотелось.

Я вспомнил про милицию и стал мысленно молить, чтобы они ещё раз прошли в обратную сторону. И только я подумал об этом, как дверь из тамбура напротив меня открылась, и я увидел, что в вагон зашёл пятикурсник высшего военно-морского инженерного училища имени Ленина, которое находилось в Пушкине. Курсант направился внутрь вагона, я смотрел на него умоляющим взглядом: «Не проходи мимо, останься в вагоне, а ещё лучше – сядь рядом».
И вдруг – о чудо! – курсантик действительно усаживается рядом с Толяном. С облегчением я вновь посмотрел в окно и вдруг с ужасом увидел, как морячок подмигивает сидящему рядом со мной мужику.
«Банда! – пронеслось у меня в голове, – морячок переодетый. Это банда! Сейчас начнётся, сейчас будут резать!» Толян, естественно, не видел этого подмигивания, но всё прочёл у меня на лице. В гробовой тишине мы мчались в ночной электричке, в любой момент времени, ожидая самого страшного.

И вот промелькнул пост шестнадцатый, а потом и девятнадцатый километр – через две минуты Пушкин. По уму, конечно, нужно было сделать следующее, и мы, переглядываясь, в общем-то, об этом и договорились: нужно было дождаться, когда электричка остановится, откроются двери и тут же вскочить, перемахнуть через спинку, Толян должен был бежать в левый тамбур, а я – в правый, и нужно было успеть выскочить на перрон.
Это была теория.
На практике нервы у нас не выдержали и как только электричка стала замедлять ход, мы дёрнулись. Морячок и мужик тут же сомкнули колени и расставили руки. Мужик с ехидцей спросил: «А куда же вы идёте, вы же до Павловска едете?» «Не ваше дело», – грубо (терять уже было нечего) ответил я, но при этом сам удивился, что почему-то назвал мужика на «вы», значит, не очень-то и грубо. На что мужик сказал: «Ну, ладно, ребята, хватит дурака валять, идём в тамбур и прошу предъявить документы». «Ага, – подумал я, – понятно, точно сбежали, им нужны документы, резать будут в тамбуре».
Как агнцы на заклание, мы пошли в тамбур: впереди мужик, за ним я, потом Толян, замыкал процессию курсант.

Когда мы вышли в тамбур, электричка уже остановилась, открылись двери, и я увидел на перроне четырёх милиционеров. «Бандиты переодетые, – первая мысль, которая посетила меня, – что же делать?»
Тем временем мы вышли на перрон, электричка тронулась, старший по званию, по-моему, это был майор, представился: «Майор Имярек, прошу предъявить документы!» Тут как-то потихонечку у меня стало отлегать, потому что на перроне было довольно много людей, все с интересом смотрели на нашу живописную группу. В это время милиционер званием помладше сказал курсанту: «Большое спасибо, товарищ курсант, за помощь, всего вам доброго». Курсант козырнул и побежал на автобус.
А в это время, пока мы доставали свои студенческие, а у меня ещё почему-то был с собой комсомольский билет, мужик из электрички достал портмоне и, развернув его, что-то стал показывать майору.

И вдруг у него оттуда на перрон падает фотография, и я вижу, что это явно фоторобот, причём на нём изображён Толян только в огромных роговых очках. Майор быстро подхватил фотографию, кивнул мужику головой, мельком взглянул на мой студенческий, и стал внимательно изучать студенческий Толяна.
«А вы очки не носите?» – спросил он Толяна. На что он ответил: «Нет, не ношу». Потом майор показал на горящий впереди зелёный семафор и спросил:
– А какой там цвет горит?
– Зелёный, – ответил Толян.
– М-м-м, – похлопав по ладони студенческим билетом Толяна, переглянулся с мужиком из электрички, козырнул нам и сказал:
– Извините, ребята, свободны.
На негнущихся ватных ногах мы с Толяном пошли к автобусной остановке, по-моему, даже немножко и зубы у нас стучали друг о дружку. И тут мы стали наперебой пересказывать свои ощущения и, вообще, пытаясь понять: что же произошло?

А на самом деле произошло вот что. В то время, где-то уже на протяжении полугода в пригородах Ленинграда орудовал маньяк, который насиловал и убивал детей, причём, как девочек, так и мальчиков. И мы вспомнили, что и по радио, и по телевидению, и в газетах неоднократно публиковались сообщения и предостережения для родителей, чтобы не отпускали детей одних без сопровождения. А к тому времени было уже то ли три, то ли четыре трупа.
И мы стали раскручивать все события последнего получаса в обратном порядке.

Когда мы с Толяном сели в электричку, прошёл дежурный, а на самом деле усиленный наряд милиции и милиционеры увидели человека, похожего на фоторобота. До отхода электрички оставались считанные минуты, поэтому операцию по захвату «маньяка», видимо, планировали на ходу. Нашли какого-то оперативника, которому сунули первую попавшуюся книгу, может быть, взяли из ближайшего киоска технической книги, и вот тот самый мужик с наколкой и был, видимо, оперативником в штатском.

Понимая, что нас двое и не зная наших намерений, штаб операции, который на самом деле находился в соседнем вагоне, принял решение послать кого-то на подкрепление. К счастью, в одном из соседних вагонов ехал морячок-курсант, вот его попросили помочь.
А чтобы оперативник понял, что это не случайный попутчик, тот и подмигнул, что я, кстати, и заметил. Естественно, милиционеры, которые стояли у раскрытой двери на платформе уже были вызваны по рации и готовились нас, что называется, «упаковать».

Кстати, спустя пару месяцев все ленинградцы узнали, что маньяк, который действительно жил в пригороде (правда, не по витебской ветке, а по балтийской), был опознан дежурной в Доме колхозника и его прямо там взяли, а дежурной от ГУВД был вручён цветной телевизор – благодарность за бдительность.
Вот такие страсти-мордасти.
Tags: ЧЁТКИ ПАМЯТИ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 98 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →